— Я подумаю об этом.
Я улыбнулась.
— Это здорово.
— Я сказал, что подумаю об этом. Я не говорил, что прощу ее, так что сотри эту улыбку с лица, — укусил он. В ответ я чмокнула его в щеку, и он повернулся, чтобы посмотреть на меня. — За что это?
— Если ты продолжишь дуться, я продолжу тебя целовать, — игриво сказала я и посмотрела на него, когда он ничего не сказал.
Он скрестил руки на груди.
— Иногда мне интересно, не безумнее ли ты меня, — пробормотал он.
Я усмехнулась.
— Мы идеальная пара, да?
— Пара, заключенная в аду, — пробормотал он в ответ, определенно настроенный на спор.
— Ну, в аду жарко, и поскольку я ненавижу холод, мне нравится, как это звучит, — весело возразила я, как раз поворачивая на шоссе 44.
Я практически видела, как он закатил глаза.
— Как скажешь. — Он расцепил руки и снова начал постукивать пальцами по бедру. — Я ей не доверяю и не уверен, нравишься ли ты ей на самом деле или у нее есть скрытые намерения, но, скажем так, я дам ей шанс. В любом случае, хорошо, что она попросила тебя переехать к нам, потому что я этого хотел с самого начала. — Он накрыл мою руку на рычаге переключения передач. — Ну и что? Ты переедешь к нам после своего восемнадцатилетия?
Мой пульс участился. Я никогда не думала, что настанет день, когда мне представится возможность покинуть токсичное заточение, которым был мой дом, и жить с Хейденом и его мамой. В каком-то смысле все происходило быстро, и это звучало так хорошо, что казалось иллюзией, как будто это могло выскользнуть из моих рук в любой момент.
С другой стороны, я так этого хотела. Я и так проводила большую часть времени в их доме, так в чем же разница?
— Я должна признать, что, хотя наши дома находятся прямо рядом друг с другом, мне кажется, что я перееду в другую часть города. — Я сказала это бодрым тоном, но не смогла сдержать дрожь в голосе. Я даже не заметила, что мои руки начали потеть.
— Тебе не нужно бояться, Сара, — сказал он, и его мягкий голос успокоил меня. — Я позабочусь о тебе и заставлю тебя чувствовать себя как дома. Пожалуйста, скажи, что переедешь ко мне. Пожалуйста.
Я облизнула пересохшие губы. Я знала, что это было важно для него так же, как и для меня. Я бы сделала огромный прыжок веры, но я решила верить в положительный исход своего решения.
— Хорошо, — взволнованно ответила я. — Я перееду к тебе после своего дня рождения.
— Да! — Он ударил кулаком в воздух и поцеловал меня в щеку, улыбаясь.
— Увидишь. Все будет хорошо.
И в этот момент, несмотря на то, что могло или не могло произойти в ближайшие пару дней, я полностью ему поверила.
Через пол часа пешком мы добрались до нашей с Кайденом поляны. Несколько дюймов снега покрыли землю, что усложнило наш поход, но, в отличие от меня, Хейдена это не смущало. Его настроение улучшилось с тех пор, как я согласилась переехать к нему домой, и он продолжал дразнить меня из-за моего красного носа и щек, используя каждую возможность, чтобы кидать в меня снежки.
— Как ты можешь быть таким счастливым, в такой мороз? — Пожаловалась я, обнимая себя. Мои стучащие зубы были еще одним доказательством того, как ужасно мне холодно. Словно по команде, на нас обрушился сильный порыв холодного ветра, и я схватила Хейдена за руку, прижавшись к нему как можно ближе.
— Я счастлив, потому что ты смешная. Ты ведешь себя так, как будто холод смертелен для тебя.
— Садист! А если я умру от переохлаждения?
— Мы не будем здесь достаточно долго, чтобы ты успела замерзнуть до смерти, так что перестань драматизировать.
Окружающие безлистные деревья качались под порывами ветра, омываемые несколькими солнечными лучами, пробившимися сквозь облака. Это был единственный источник красок и тепла в этом унылом пейзаже. Хейден направился к участку земли, который был менее покрыт снегом, и вытащил из своей дорожной сумки водонепроницаемое уличное одеяло.
Он положил его и очистил землю от снега, прежде чем собрать несколько камней и сделать из них небольшую платформу. Затем он вытащил из сумки дрова и положил их на камни. Я улыбнулась, завороженно наблюдая, как он разводит костер. Он так сильно напоминал мне Кайдена, который разжигал огонь каждый раз, когда мы оставались здесь на ночь.
— Ты обо всем подумал.
— Конечно, подумал. Я бы не хотел, чтобы ты «умерла от переохлаждения». — Драматично сделал кавычки он, и закончив, сел и раскрыл объятия, приглашая меня присоединиться. — Иди сюда. Я согрею тебя.