Совету Кира последовала, вибратором обзавелась, мужиков из расписания вычеркнула.
Поэтому сейчас, спустя год полового воздержания, в голове у Вагнер красными огнями переливался баннер: «Сейчас меня трахнут! У меня будет секс!»
Брагин как начал целовать её прямо в такси (на мотоцикле она ехать наотрез отказалась), так и продолжал в лифте. Медленном, чертовом лифте!
Это тебе не Хаят в Москве. И не Хилтон в Лондоне. Обычный провинциальный отель, недотягивающий даже до трех звезд. Даром что в пять этажей.
Провинциальный отель, провинциальный донжуан и она, за каким–то хреном захотевшая экзотики.
Лифт наконец–то остановился, они, пошатываясь, словно в них плескалось не сексуальное возбуждение, а галлон водки, доковыляли до дверей номера.
–Быстрее! – Скомандовала она, пока Толик возился с электронным ключом.
–Повинуюсь, моя королева. – Поклонившись (не хватало только ливреи), Брагин пропустил её вперед. А потом молниеносно уложил её животом на стоявший справа комод.
Левой рукой обездвижил, надавив на шею, а правую положил ей на лобок, потираясь напряженным членом о ее задницу.
Как бы Кира ни сопротивлялась, но по позвоночнику прошла волна крышесносного удовольствия. Чтобы не застонать, признавая свое поражение, пришлось до крови прокусить нижнюю губу.
Не теряя времени, Брагин расстегнул пуговицу на ее штанах и стал нетерпеливо стягивать их с ее бедер. Оставил штаны путаться на ее лодыжках, а сам резко потянул на себя полоску её стринг. Ткань тут же впилась её во влагалище, задевая пульсирующий клитор.
Кира зашипела.
–Хорошо тебе, радость моя? – Брагин наклонился и оставил языком жадный и влажный след на ее щеке. – А будет еще лучше. Хочу, чтобы ты кричала. Чтобы охрипла, когда я буду тебя трахать. Чтобы забыла всех. Только я, поняла? – Толик, видимо, хотел потянуть ее за волосы, но они были слишком короткими, а потому он, рыча, прикусил ее загривок.
Отодвинул трусики в сторону и погрузил в нее сразу три пальца.
В тишине комнаты пошловато хлюпнуло. Толик хрипло рассмеялся, Кира зло заскрипела зубами.
–А знаешь, почему ты такая злая, Кралечка? – Брагин говорил спокойно и размеренно, не в пример пальцам, что грозили высечь из нее искры. –Потому что тебя давно никто хорошенько не жарил. Ну, ничего. Мы это сегодня исправим. Будешь у меня шелковой, страстный сухарик.
Киру переполняла ярость, но она ничего не могла с собой поделать. Даже его дешевые пошлые словечки заставляли её течь сильнее.
Пытаясь справиться с собой, Кира как–то пропустила тот момент, когда на место мужских пальцев пришел член. Брагин немного потерся о ее вход головкой, забирая у нее часть смазки. Спросил, на несколько сантиметров протолкнув головку.
–Ты на таблетках?
–Да.
Не успело признание слететь с ее губ, как он резко заполнил ее собой до кружащих звезд перед глазами.
Из–за того, что штаны не позволяли ей шире развести ноги, ощущения от проникновения усилились вдвое.
–Твою. Же. Чертову. Мать. – Успела на выдохе сказать Кира, пока он не начал двигаться в ней.
–Не ругайся, кралечка. Ругаться будешь, когда я с тобой закончу. Если сможешь говорить к тому моменту, конечно.
–Слишком самонадеянно, Брагин. – Надсадно дыша, отпарировала Вагнер.
–Да? Хм. Посмотрим.
Он с такой силой двинулся в ней, что комод под ними задвигался. Кира беззвучно закричала, открыв рот.
–Вот так, девочка, вот так.
Когда через пару–тройку движений, он сжал между пальцами ее клитор, она взорвалась.
Сукин сын! Он снова смеялся!
Кира успела еще дважды кончить, когда он наконец излился в нее.
Ноги держать отказывались, зато тряслись так, словно бы она без подготовки села на шпагат.
Руки каменными гирями лежали на пресловутом комоде.
Разговаривать она действительно была не в состоянии.
Но, оказывается, то был вовсе не конец.
–Брагин, ты ведь не увлекаешься некрофилией? – Едва ворочая языком, вопросила Кира, когда он подхватил её на руки и уложил на кровать, предварительно сдернув покрывало.
–Ты не смахиваешь на труп, кралечка. Хотя…ты права. Даже если бы ты была без сознания, я бы, наверное, всё равно не удержался. – Раздевшись сам, Брагин соизволил–таки избавить её от многострадальных штанов.