–Столько хватит? – Голос даже не дрожал. Сама б себе поверила. Таким голосом она и защищала всяких мразей в суде. Вытаскивала их на свободу до следующего раза.
–Не будь сукой, кралечка. У каждой бабы есть призвание. Ты по призванию не сука. – Несмотря на ярость в глазах, желваки на бородатых скулах и непроизвольно дергающийся нерв возле правого глаза, Толик говорил спокойно, под стать ей.
–Да? И какое же призвание у меня? – Главное, не показать, как её задели его слова.
–Ты, радость моя, по призванию Королева. – Между ними не меньше пяти метров, а будто рядом стоит, губами ласкает. Дрожь по телу.
–Я, может, и Королева, Брагин, да вот ты не мой Король.
–Что, рожей не вышел? – Нерв на его лице задергался сильнее.
–Ну, почему. – Кира, прицениваясь, обвела его всего взглядом. –Смазливый. Только ведь у мужиков тоже есть призвания, Брагин. Твое – трахать и ни на что не претендовать. Так ведь? Ночью ты хорошо потрудился, спасибо. Только мне не семнадцать, чтобы клюнуть на мужика из-за хорошего секса. Не дотягиваешь ты до моего идеала. А теперь прощай, меня сын ждет.
Вагнер тихонько прикрыла за собой дверь. Слёз не было, только почему-то до жутких спазмов в желудке хотелось сожрать огромный биг-тейсти.
Она отомстила. Легче? Ни хрена.
Волосы стричь короче уже некуда – только если налысо.
Ходить босой по просыпающемуся городу – не позволяет здравомыслие. Да и дождя не наблюдается, чтоб уж точно соблюсти все детали.
Поэтому она сейчас поедет домой и нажарит сыну панкейков на миндальной муке. И даже сама съест парочку. Только чтобы перекрыть противную горечь во рту.
15.08
Кира ненавидела чувство беспомощности во всех его проявлениях. Герман показал ей еще много лет назад, что нет такой ситуации, с которой она не могла бы справиться. Потом, словно черт из табакерки, вылез Брагин и доказал, что это не так.
Есть.
Есть ситуации, в которых она бессильна.
Понимание этого факта жутко бесило. До красных пятен перед глазами.
Даже блины подвели. Тесто растеклось унылой массой по сковороде. Кира увеличила газ и равнодушно наблюдала, как потенциальные панкейки превращаются во вполне себе реальные угольки. На дым выбежал Клим.
–Чем так воняет?
Вагнер молчала.
–Да ладно, мам, не парься, мне всё равно нельзя. У меня тренировка с утра сегодня. Ты садись, мам. – Успокаивал её взволнованный сын. – Хочешь, я тебе омлет пожарю? С сыром и грибами, как ты любишь.
–Хочу. – Кира уронила голову на сложенные руки.
–Что–то случилось? – Осторожно начал разведывательную миссию Клим.
–Устала.
–Ты? – Хохотнул сын. –Ты ж никогда не устаешь.
–А теперь вот устала. – Кира прекрасно знала о том, что нельзя перекладывать свои проблемы на детей, но в данный момент почему–то была не в состоянии надеть обратно железную броню.
–Слушай, ма. А давай съездим куда–нибудь? Квартиру продадим и съездим. Ты куда хочешь? В Италию? Испанию? А хочешь – в Лондон? Хоть я и ненавижу дождь, но ради тебя готов потерпеть. – Клим очень старался поднять ей настроение, Кира чувствовала и, видит бог, ценила.
–Попробую освободить конец августа. Раньше не получится. – Меланхолично заметила она.
–Или в Ирландию снова махнем? Дядя Толя говорит…
–Дядя Толя? – Перебила его Кира.
–Ну, да. Мой новый знакомый, я тебе про него рассказывал.
Кира захохотала. Хохотала долго, до пересохшего горла.
–Мам, с тобой правда всё хорошо?
–Жить буду…
***
После того, как Кира семнадцать лет тому назад позвонила Герману, жизнь её резко изменилась. Во-первых, Ятт снял ей квартиру с евроремонтом и готовой детской, что было весьма кстати, ведь родственница, у которой жила девушка, пустила ее к себе только до родов. Хронические мигрени, не обессудьте.
Во-вторых, фей-крестный оплатил ей роды в элитной клинике. Кира уже даже перестала считать, сколько денег он на нее потратил. Хорошее воспитание и собственная гордость советовали ей отказаться от всех этих с неба свалившихся благ, но пятка Клима всегда вовремя била ее по ребрам, заставляя помнить, что у неё есть, о ком думать, кроме себя.
–Почему вы всё это для меня делаете? – Однажды, уже после родов, всё-таки набралась смелости узнать Кира.
–Очень полезно, зая, иметь людей, которые тебе должны. У них нет права тебе отказать. – Ответил ей тогда Ятт.
Киру покоробило, но честность и правоту она оценила.
Когда Климу был месяц, Ятт прислал ему няню. Кира стала работать на Германа личным ассистентом, одновременно готовясь к вступительным в юридическую академию.