Эрик отвез ее в магазины в Ривер Уолк - дорогие бутики в Четырех городах. Заходя в каждый магазин, Клэр неторопливо осматривалась. Сначала девушка пребывала в состоянии повышенной готовности, боясь всех, кто к ней приближался, но вскоре она поняла, что никто особо не обращал на нее внимания. Продавцы были вежливы и показывали все, что она хотела. Люди, не способные платить, не заходили в такие магазины. Журналистов Клэр не замечала. Никто не смотрел и не задавал вопросов.
После, прогуливаясь по улице между рядами дорогих бутиков, Клэр почувствовала некое облегчение. Дойдя до небольшой кофейни, она заняла столик на террасе и заказала чашечку кофе. Спустя несколько минут она уже попивала ароматный густой напиток и наблюдала за людьми, несущимися по тротуарам. Ей не хватало окружения людей. Хотя мысль заговорить с кем-нибудь ее пугала. Что, если она скажет что-то не то?
К тому времени, когда за ней вернулся Эрик, девушка нашла несколько книг о бабочках и какую-то повседневную одежду для своих оживленных, наполненных событиями дней. Не много, но она сделала то, о чем ее просили, и если честно, получила от этого огромное наслаждение.
Тони, похоже, был разочарован, что она купила не много, но в то же время доволен, что она сделала так, как ей было поручено. Потом он ожидал, что она устроит ему модный показ всех своих находок, и предложил в следующий раз купить несколько вещей, которые ему тоже понравятся. А это означало вещи с минимальным количеством ткани.
Как только самолет приземлился, они впятером вошли в ожидающий их лимузин. Четверка продолжала обсуждать свою предстоящую встречу, в то время как Клэр сидела молча, слушая и пытаясь остаться незамеченной. Часы показывали девять двадцать, а встреча - в десять. Эрик ехал на пассажирском сиденье рядом с водителем. В мгновение ока они оказались в толкотне нью-йоркской пробки, и машина начала двигаться короткими, ускоренными движениями.
В такие пробки Клэр неоднократно попадала, правда, сидя на заднем сидении такси, когда жила еще с Эмили и Джоном, так что ей не по наслышке было известно, как те могли задержать поездку и посеять хаос в дневном графике. Однако Тони не выглядел обеспокоенным. Машина подъехала к месту назначения с небольшим опозданием. Молча четверо коллег вышли из автомобиля и прошли через большие стеклянные двери, оставив Клэр одну в салоне большого лимузина. Машина снова тронулась с места; Клэр не знала, куда едет и как долго пробудет здесь. Ее жизнь больше не принадлежала ей, и она потихоньку начинала привыкать к этому.
Его квартира не была похожа на те, что она видела раньше. У двери ее встретила экономка.
- Мисс Клэр, добро пожаловать. Меня зовут Джан. Позвольте, я покажу вам комнату мистера Роулингса. Мы положим там ваши чемоданы, и я покажу вам все остальное.
Поблагодарив Джан, девушка проследовала за ней. Квартира располагалась на двух этажах, и у входа была лестница, ведущая к площадке на втором этаже. На первом уровне находилась огромная гостиная с камином, столовая, кухня и кабинет. Клэр назвала его первым уровнем, но, на самом деле, в здании имелось семьдесят шесть этажей. В гостиной и столовой окна, выходящие на город и водоем, тянулись от пола до потолка. Она множество дней и ночей провела в Нью-Йорке, но никогда не видела такой красоты.
Спальня Тони оказалась большой, она была выполнена в темных тонах, всем своим видом говоря, что ее хозяин – мужчина. В самом центре комнаты стояла массивная высокая кровать с кожаным изголовьем, а справа и слева от нее располагались кожаные кресла.
Джан несла сумку Клэр, а другие два человека из прислуги помогали с оставшимся багажом. Когда вещи были убраны, Джан спросила Клэр, желает ли та пообедать или отдохнуть. Клэр решила, что легкий обед перед сном не повредит.
В квартиру Тони прибыл около семи часов. Он был не один. С ним пришел Брент Симмонс. Они беседовали о том, что произошло за день. Разговор продолжился в столовой, где они, достав свои ноутбуки, возобновили дискуссию. Джан спросила у мистера Роулингса, хотят ли они поужинать, и мужчина попросил ее принести легкие закуски. Потеряв надежду на прогулку под огнями Нью-Йорка, Клэр надела черную шелковую сорочку и, устроившись на постели с книгой в руках, уснула раньше, чем Тони добрался до спальни.
Он ушел еще до того, как она проснулась, и если бы его половина кровати не была смятой, Клэр никогда бы не догадалась, что он там спал. Утром на прикроватной тумбочке она нашла записку: