— Он может прийти. — Гордясь собой, Райли широко улыбнулась.
Остин испытал огромное облегчение.
— Но ты поняла, что я сказал? Мы начнём делать всё медленно. Вместе будем смотреть кино по вечерам, ходить на твои игры, вместе ужинать, прогуливаться с Бурбоном и Начо в парке, может, иногда ночевать здесь…
— Пап, я понимаю конспект слова «медленно». — Райли закатила глаза. — Мне же десять.
Остин тихо засмеялся и покачал головой:
— Концепция, малышка. И я знаю, что ты понимаешь. Я просто хочу убедиться, что ты не думаешь, будто всё изменится в одночасье. Ты с этим согласна?
— Да, — ответила она раздражённо. — Мама уже сказала мне, что собирается ходить на свидания. Теперь мне можно мороженое?
Да хоть всё мороженое мира!
Когда Остин с Райли вернулись в патио, атмосфера там стояла неестественная и некомфортная. Остин заметил, каким напряжённым был Кэм, поэтому решил, что все с нетерпением ждали, чем закончится Разговор отца и дочери. Увидев, как Райли вприпрыжку понеслась к мороженому, Мэгги с Лили просияли, а Остин успокоил остальных улыбкой.
— Можешь расслабиться, — тихо сказал Остин, усаживаясь рядом с Кэмом — плечи того от облегчения заметно опустились. — Всё прошло хорошо. — Он взял ладонь Кэма, поцеловал её и сплёл их пальцы.
Всё закончилось.
Остаток вечера оба семейства продолжали своё знакомство, и всякий раз, когда Остин и Кэм прикасались друг к другу, Райли хихикала, закатывала глаза и густо краснела.
***
Позже этой ночью, когда все разошлись по домам, Остин с Кэмом молча вошли в душевую кабинку. Оба размышляли о том, как хорошо всё сегодня прошло, и пока Остин планировал день, который проведёт с Райли и Кэмом, Кэм просто наслаждался.
Для смелых планов у Остина имелась причина: Кэм чуть раньше обмолвился, что нужно пойти купить раскладной диван для гостиной.
Было такое чувство, что Остин увидел пресловутый зелёный свет. Кэм готов был попробовать и хотел, чтобы Райли во время своих визитов ощущала себя комфортно. Так что гостиная снова станет гостиной, а спальня Кэма будет принадлежать теперь двум мужчинам. По крайней мере, когда Остин будет здесь ночевать.
— Нет, дай я. — Кэм забрал у Остина гель. — Помнишь, я должен загладить вину?
Остин устало рассмеялся:
— Ты же знаешь, что я больше шутил.
— Зато твой член — нет, — ухмыльнулся Кэм. — Теперь повернись.
Остин развернулся, наслаждаясь струями горячей воды, стекавшей по обнажённому телу, и застонал от удовольствия — Кэм начал массировать его плечи, вместо лосьона используя гель для душа.
— Как думаешь, комната будет вся розово-попсовая? — спросил Кэм через минуту. — Потому что не знаю, смогу ли справиться с этим дерьмом.
Остин лениво усмехнулся и уронил голову на грудь:
— Вроде её любимый цвет сейчас жёлтый, но он постоянно меняется.
Изначально Остин намеревался сегодня вернуться с Райли в их квартиру, но планы изменились. Райли была в восторге от перспективы оформить собственную комнату, даже если та ещё не принадлежала ей полностью. И несмотря на это, Райли ухитрилась уговорить бабушку с дедом отправиться завтра посмотреть цветовые образцы для стен во второй спальне Кэма. Так что Райли ещё одну ночь переночует не дома.
— С жёлтым я справлюсь, — пробормотал Кэм и этим закрыл тему.
Он тёр плечи и спину Остина уверенно и одновременно чувственно. Его пальцы массировали плоть, заставляя Остина раз за разом стонать. Потом переместились ниже. И когда Кэм велел ему положить ладони на кафель стены и расставить ноги, Остин подчинился. Он поддерживал себя, пока Кэм опускался, чтобы встать на колени.
— Чёрт, — выдохнул Остин. Кэм массировал ему бёдра, а горячая вода быстро смывала мыльную пену. Ощущения были фантастические. И в воздухе витало предвкушение. Чем ближе Кэм подбирался к ягодицам Остина, тем твёрже становился его член. Совсем скоро Остин почувствовал, как длинные пальцы, не переставая массировать и мыть, раздвигают его половинки, и застонал. Но не столько из-за пальцев, сколько из-за рта Кэма. — Боже правый… — Мышцы на бёдрах резко напряглись — Кэм подразнил его анус языком и пальцами. Одновременно Кэм ласкал свой вход. Взяв собственный член в кулак, Остин почувствовал, как в него проникает язык Кэма — мягкий, влажный и очень горячий, — и начал себе дрочить.
Замурчав, Кэм принялся медленно трахать анус Остина языком. Но глубины, как и твёрдости, не хватало — почувствовав разочарование, Остин с жадностью толкнулся навстречу.
— Думаю, ты готов, — тихо рассмеялся Кэм и отстранился. Встав, он поменялся с Остином местами и оглянулся: — Смазка на стойке.
Остин нахмурился и отодвинул занавеску — конечно же флакон со смазкой стоял на месте. Он взял её и, посмотрев на Кэма, поднял бровь:
— Ты это спланировал? — Они точно не держали в каждой комнате дома по флакону смазки.
— Ясное дело, — ответил Кэм, поворачиваясь лицом к стене. — У меня есть потребности, а когда ты полностью заведён, то берёшь меня жёстко. Я готов.
Остин ожидал, что сегодня ночью всё будет немного по-другому, но слова Кэма подействовали похлеще афродизиака. Теперь Остин хотел одного: засадить Кэму на всю длину, до самых яиц. Что он и сделал, обильно смазав член и сильнее раздвинув ноги Кэма.
— Бля, — задохнулся Кэм.
— Достаточно жёстко? — зашипел Остин ему на ухо. Вцепившись пальцами в бёдра, он вытащил член и в следующую секунду снова толкнулся внутрь. Туго. Скользко. — Господи, обожаю твою задницу. — С хорошо читаемой в глазах жаждой Остин наблюдал, как его эрегированный член появляется и снова исчезает в анусе Кэма. К сожалению, он знал, что долго не продержится, поэтому взял твёрдый ствол Кэма и принялся его надрачивать, продолжая трахать.
Кэм откинул голову на плечо Остину и повернулся за поцелуем. Остин подчинился и целовал его, пока не закончился воздух.
— Мне нужно кончить, — запыхавшись, простонал Кэм. — Блядь, мне нужно…
— Я тебе помогу. — Остин снова положил руки Кэму на бёдра и толкнул его немного вперёд. — Одну ладонь на стенку, — скомандовал он. — С другой ты знаешь, что делать. — Он с силой впечатался в задницу Кэма и стиснул зубы. Потом повторил, снова и снова. Наверное, было больно, но Кэм стонал и просил ещё, и совсем скоро обоих накрыло волной оргазма. — Чёрт, Кэм! — Остин запрокинул голову, на автомате продолжая рвано вжиматься в жаркое нутро. Он излился, наполнив задницу Кэма горячим потоком семени. Остин с трудом переводил дыхание, напрягшись каждой мышцей.
Кэм сцепил зубы и украсил кафельную стенку белыми потёками.
В течение следующих нескольких секунд в кабинке были слышны только звуки льющейся воды и их сбитого дыхания.
— Если хочешь отнести меня в кровать, я не буду возражать, — произнёс Кэм через какое-то время, продолжая тяжело дышать. — Бедная моя задница.
Остин хмыкнул и начал их обоих мыть.
— Ты сам просился. — Кэм устало охнул и слабо кивнул, на что Остин рассмеялся и с любовью его сжал. — Давай, детка. Закончим тут и сразу в постель.
Эпилог
Два года спустя…
Выйдя из спальни, Кэм застегнул шорты цвета хаки и закатал рукава белой рубашки. После приёма душа тонкий кожаный шнурок на запястье до сих пор был влажным. Кэм слегка улыбнулся, вспомнив, как этим утром Райли подарила браслет на его тридцать шестой день рождения. Три белых бусинки с чёрными буквами, составлявшими слово CAR — «автомобиль», — делали это подарок очень особенным. Райли сказала, что браслет отлично подходит для автомеханика, но потом добавила: