– Михаэль твой брат? Почему ты мне об этом не сказала? – по дороге в школу возмутился Антипатрос.
– Может быть это и не он. Вчера я сильно устала. Всё равно потом я бы тебе рассказала. Надо ещё раз сходить к Байону.– сначала выдумав, что скажет о том, что соврала как Антипатрос, но решив оставить правду при себе, так как если люди будут думать, что Михаэль её брат, то она сможет добиться более подробной информации и её интерес к этому человеку будет без сомнения оправдан, ответила Элисса.
– Ты думаешь он будет об этом говорить? Твой брат ушёл шесть лет назад.
– Может быть Михаэль рассказывал ему о том, куда хочет уйти, что будет делать? Без детального…
– Плана.
– Да, он бы этого точно не сделал. Ты читаешь мои мысли? – отвлёкшись от основанного вопроса, кокетливо заметила Элисса.
– Нет. Я говорю то, как бы продолжил сам. – осадил её Антипатрос, но не выразив в слух, принял комплимент. – А ты заметила, что во время разговора с Байоном ты ни разу не запнулась. Даже запомнила те слова, которые я произносил всего несколько раз.
– Перед тем, как начать, я создаю предложение в голове. Но с Байоном так не получилось. Его вопросы были не по теме разговора, и я говорила не задумываясь.
– Ты молодец. – обрадовавшись первым достойным успехам ученицы, воскликнул Антипатрос.-А наградой будет выходной.
– То есть завтра не надо идти в школу?
– Ты в ней живёшь. – неуместно констатировал Антипатрос, что сам понял и добавил не подходящую к его лицу улыбку. – Но да, завтра занятий не будет.
– У всех, или только у меня.
– У всех.
– Но тогда это не награда.
– Хорошо. Два выходных. – у дверей школы взглянув на по-детски обиженное лицо Элиссы, сменив натянутую улыбку на искреннюю, поправил себя Антипатрос, которого девушка отблагодарила крепкими объятьями.
Не вовремя открывшаяся дверь предоставила Василике панораму интригующий сцены.
– Всё прочла? – после того, как Элисса сняла руки с его шеи, спросил взволнованный Антипатрос, на лбу которого, несмотря на небрежные порывы ветра, проступал пот.
– Всё, что было запланировано на сегодня. – резко ответила Василика с видом, будто ничего не заметила и повторять вчерашний скандал не собиралась. – Завтра занятий не будет?
– Да.
– Пока. – проходя мимо пары и на них не оглядываясь, бросила Василика.
Замечать переменчивость в поведении девушки вслух Элисса не стала, а Антипатрос и сам никогда бы об этом не заговорил, и, попрощавшись друг с другом, они разошлись по спальным местам.
Утро Элисса провела, бездумно лёжа на кровати, пока судорожная боль, в ещё до конца не обросшей кожей ноге, часть мышечных тканей которой не восстановилась, и конечность имела форму полумесяца, не заставила её встать. Встретившись в школе с Антипатросом, она позавтракала, и как было решено вчера, пошла к Мелиссе.
На этот раз одна, Элисса не спеша дошла до госпиталя, при входе в который её накрыло необычное чувство, которое она вскоре сравнила со счастливой ностальгией моряка, только что вернувшегося из дольнего плаванья: девушка вспомнила, как к ней первый раз пришёл Антипатрос, как она в свои восемнадцать лет заново училась ходить, как без сна проводила ночи, терзаясь болью в срастающейся ноге… Но все трогательные облачка памяти быстро испарились, когда с Элиссой поздоровалась Василика:
– Выспалась?
– А что? Беспокоишься о моём здоровье? – сев напротив девушки, повторяя резкий тон Василики, спросила Элисса.
– Не я. Мелисса. Могла бы и раньше прийти, она только о тебе и говорит. – будто принимал участие в разговоре только её рот, а всё внимание было сосредоточенно на ручной работе, уточнила Василика.
– Если бы она хотела, могла бы сама прийти.
– Она занята более важным делом в отличие от тебя.
– Люди, готовые пожертвовать всем ради любимого… дела, глупы. – сделав акцент на прилагательном, высказалась Элисса, откинувшись на спинку стула, в то время как Василика увеличила скорость сортировки трав.
– Василика, кто для тебя Антипатрос?– положив руки на стол и перенеся на них большую часть веса своего тела, продолжила Элисса.
– Такой же вопрос интересует меня и в отношение тебя. – отложив работу, парировала девушка.
– Он открытый, солнечный человек. Я не верю в то, что противоположности могут притягиваться. Хотя нет. Это предположение работает только в одну сторону. Как в твоём случае. Антипатросу никогда не будет интересен человек, чьи взгляды и действия входят в отрицательный резонанс с его. Ой, ты же не знаешь этих слов. Твои взгляды не совпадают с его.
– Я лучше тебя понимаю Антипатроса.