– Как я тебя забуду, если не знаю.
– Как не знаешь? Я, между прочим, изменился меньше тебя, пончик. Похудел, я даже сначала засомневался. А ты однокурсника узнать не можешь! – продолжал негодовать Слава, стоя перед столом.
– Всё равно тебя не помню. – прицелившись взглядом в лицо Славы, напрягал память преподаватель.
– Ну как, кто всегда в уголочке сидел? (преподаватель надолго задумался.) Ладно, а если так.
Слава сел, закинув ноги на ногу, сгорбился и развернул воображаемую книгу.
– Славка…
«Вот совпадение!»
– … ты?
– А кто же. – не ожидая того, что дело само облегчит ему роль, обрадовался Слава.
– Ты извини, сидел там один, тебя бы никто и не вспомнил, если бы… не сел. – восклицал переполненный радостью преподаватель. – Как-то сильно ты постарел, дал бы тебе под тридцать, что случилось?
– Работа, работа и только.
Геннадий, так звали преподавателя, оставил книгу на столе и, обойдя его, сел рядом со Славой.
– А сюда то ты как попал?
– Дак и говорю работа. План у меня, – Слава понизил голос и оглянулся на дверь, – знаешь, смена обстановки для воображения полезна. Вдохновения наберусь, шедевры, как Ван Гог напишу и всё – известность.
– А сюда то…
– Твой главврач – неуч. Я ему язык пару раз показал, покривлялся, он там что-то записал и я в этом. – Слава потянул на себе одежу.
– Никогда от тебя таких поступков не ожидал.
– Художник должен страдать ради искусства. А ты как сюда?
– Мне же сразу после выпуска предложили, делать ничего не надо, только наблюдай за ними, чтобы друг друга не побили, а платят прилично. – отмахнулся Геннадий, больше заинтересованный во встреченном одногруппнике.
– Часто дерутся? – забеспокоился мужчина.
– Ни разу.
– Постой, мне же рассказывали, что ты тоже куда-то устроился… в агентство или в музей, не помню. – перебив себя же, не утерпел преподаватель.
– И не напоминай. Каторга, а не работа. А я под плёткой не могу, я только по вдохновению. А нет его, и работы нет. Сам уволился. Потом несколько картин продал, половину года не писал уже. – Интерн, севший на стол, напротив волновавшихся разговором: одного – объятого ностальгическими воспоминаниями об университете и уповающего встречей давно забытого приятеля; другого – о том, как бы Геннадий не вспомнил ничего нового из прошлого Славы – задумался над ответом, вспомнив несколько клише.
– Дорого продал?
– Прилично, но не в деньгах проблема. Вдохновение иссякло, вот приехал восполнять.
– Я с выпуска ничего полного не сделал, только зарисовки.
– Главное насовсем не забрасывать. – рекомендовал Слава, смотря на своего приятеля снизу вверх.
– Рука сама набрасывает…– Геннадий снова отбросил от себя. – А с нашими ты общался, как они?
– Не, сначала рвался на работу, и ни с кем я сильно не дружил.
– А Женя?
« – Мальчик или девочка?
– Обойди местоимения.» – именно этого вопроса о личном Слава и не хотел услыхать.
– Первый год переписывались, потом… у меня неприятности на работе, Женя ещё писал, – Слава чихнул, скрывая букву женского падежа, если она должна была быть, – но мне не хватало времени ответить.
– Жаль, а мы всё гадали, сойдётесь или нет. А после кого-нибудь нашёл?
– Не искал.
– Ну вот я тоже. Зачем?.. – почувствовав тяжесть в ногах, Геннадий облокотился о стол, вцепившись руками в его край. – А как ты узнал, что я сюда устроился, я же тебе не говорил?
– Я и не знал. Мне сосед по палате рассказал, что ты его в первый же день голым позировать заставил, ну и внешность описал. Я сразу твои «шутки» вспомнил, вот и пришёл посмотреть.
Геннадий рассмеялся.
– Да, шутил я в университете правильно. За эти годы то забросил, а потом он, важный из себя приходит, ну я как декана вспомнил. Ха-ха-ха! – залился смехом преподаватель и сел на своё прежнее место. – Рад, что и ты это не забыл. Я же сначала удивился, когда ты зашёл. Лицами вы с твоим соседом похожи.
– Да я из-за этого с ним первым и заговорил. – подхватил, тоже засмеявшись, Слава.
– Только у него было такое детское, правильное, а в тебе сразу видна творческая натура.
– Потому что я ел мало.
Оба рассмеялись, но, когда Геннадий успокоился, Слава продолжал, с невысокими остаточными всхлипываниями смеха.
– Кстати, твой сосед сбежал пару месяцев назад из госпиталя.
– Охрана значит у вас плохая… может быть и мне, для новых ощущений? – перекладывая ногу с колена, предложил Слава.
– Не думай. Как раз после этого её усилили – камеры включили.
– Ну и ладно, тогда у него спрошу. Надо же быть… таким смелым.