– Выглядит обычно.
– А что там было несколько минут назад, у! Зато булочки только испечённые. – втягивая аромат выпечки, с нездоровой любовью к еде выговорил Слава.
Коля, облюбовавший глазами полдник, приступил к еде, Слава, севший на место Клавдия, специально ел, не отставая и не перегоняя соседа. Когда в стакане каждого осталось около четверти коктейля, Слава произнёс тост «за возвращение к прошлым отношениям», и оба осушили стаканы. Когда относили подносы, по телу Коли пробежало знакомое, но давно забытое, оттого приятное ощущение, на лестнице он поинтересовался, не чувствует ли Слава что-нибудь необычное, но никаких изменений тот не наблюдал и по дороге завёл разговор о своих любимых вещах, комментируя полученные с полчаса назад примеры Коли, который начал испытывать слабость, его клонило в сон. Заходя в «Небуйную», Слава заметил притворный сон Клавдия, уложил Колю в кровать, и сел на свою кровать.
«– Почему он не потерял сознание? – поинтересовался севший рядом Интерн.
– Потребитель он со стражем, хотя и имел большой перерыв. Но если ты беспокоишься о том, подействует ли, то я гарантирую, что он уже не проснётся.
– Насколько помню, умрёт он не сразу, а сначала впадёт в кому.
– Как я.
– Отвезут его в областную, возьмут кровь, где найдут передозировку.
– Так…
– Начнутся вопросы.
– В столовой спрашивать не будут. Да и о том художнике же ничего не спрашивали. – пытаясь отклонить последующие вопросы, осадил Слава.
– Ну, а если она скажет, что видела нас с ним.
– И что дальше? Да мы ели, да раньше, конечно, это вызывает подозрение, но всё, доказательств больше нет. На этом и закончат. Хватит паниковать!
– Но, всё же надо что-нибудь придумать. – Интерн беспокоился обо всём, что предлагал Слава, и ставил каждое действие мужчины под сомнение, но он был предан и честен с другом, потому тот говорил, что подсказывал Интерн, не задумываясь над значением, и каждая его помарка к тому, что хотел сделать Слава, была тщательно обдумана обоими.
– Что? Помни, где мы. Это психушка. Здесь у всех в голове непонятно что, сильно прижмут, придумаем себе заболевание.
– Ладно.
– Знаю я твоё «ладно». Теперь и тебя развлекать придётся…»
Продолжили диалог мужчины, играя в слова (это была любимая игра Вячеслава Владимировича и Интерна в первые два дня, которой они сокращали время передвижения между кабинетами).
Постепенно «Небуйная» просыпалась, и когда Клавдий возвестил о начале полдника, Пётр Семёнович решил разбудить Колю. Мужчина не реагировал, и, заметив безрезультатный труд старика, на помощь пришёл студент, но и он сделать ничего не смог, и Слава предложил сбегать за врачом, что сам и сделал. Дежурного врача физик нашёл в ординаторской. Повозившись с телом Коли, он предположил, что тот впал в кому, и пошёл за Павлом Анатольевичем, который подтвердил поставленный диагноз. Во время осмотра Слава вертелся около врачей, подсматривая и спрашивая, было ли с ним так же. Павел Анатольевич для виду отвечал, но кратко, а под конец мужчина ему так надоел, что он попросил дежурного вывести того в коридор, против чего Слава протестовал, но вышел сам. А за ним и «небуйных» попросили уйти в столовую. После Павел Анатольевич вызвал скорую, которая приехала через полтора часа и забрала Колю в областную больницу.
Уже на улице, когда мужчину закатывали в машину, прибывших главврач попросил сообщать все подробности о состоянии его бывшего пациента, после чего карета уехала. Первой мыслью Павла Анатольевича, оставшегося наедине с собой посреди заледеневшей улицы, было, что произошедшее случилось от руки Славы, и он направился в кабинет, где, посмотрев расписание мужчины на сегодня, рассчитал, что сейчас найдёт его на занятиях ОБЖ, куда он и ворвался.
Настроение у сокомнатников было угнетённое, даже Слава, решив соответствовать общему тону, не улыбался. Столкновения с поваром удалось избежать как при получении еды, так и на пути обратном. Помолчав за полдником, они разбрелись по занятиям. В госпитале не было известно о случившемся, и пока не было предано огласке, также Павел Анатольевич попросил знавших никому об увиденном не сообщать, пока он сам не разрешит, во избежание лишних слухов и домыслов. На ОБЖ Слава всё-таки вернул улыбку, студенту же в обычном своём мрачном виде менять ничего не надо было. После выполнения построения, что означало то, что занятие сегодня будет практическое, Василий Иванович объявил: