На миг по лицу словно тень пробежала, превратив его на секунду в каменную маску, на которой живыми были только глаза, полыхнувшие отсветами зарева, что заставляло тьму в сознании переливаться огнями.
…"Он - враг, как все те. Врагов нужно уничтожать. Без жалости, без сомнений, без…"
Ларс, склонив голову на левое плечо, оглядывал фигуру напротив, покусывал нижнюю губу. Что-то упорно не сходилось в стройной цепочке, выбивалось из нее, едва только, вроде бы, заняв свое место. Складка, залегшая между бровями, разгладилась, пальцы, до этого стиснувшие корпус оружия, медленно расслабились. И снова захотелось абсолютно по-идиотски засмеяться.
- Ага, подышать, - капитан, вскинув голову, почти весело улыбнулся, потряс полой расстегнутой трофейной куртки, под которую, в отсутствии стандартного тельника, ощутимо проникал утренний туманный холодок. - Почти что в трусах. Ну а броня… А что броня? Одолжил по случаю. Не пехом же, в самом деле, это ты прав.
Улыбка все так же блуждала на губах, а вот взгляд светлых глаз оставался серьезным, с мерцающими на дне зрачков бледными искорками. Взглядом этим Ларс лениво скользил по махине, почти впечатавшей броневик в остатки некогда мощной стены производственного строения. Пытался засечь хоть какой-то намек на присутствие соратников беглого рядового. Или же убедиться, что опасения беспочвенны.
…"Если б кто был, так давно бы уже показались. А если нет? Если просто ждут момента?"
Вопрос, заданный Блицем, эхом прокатился по веренице размышлений.
- Сколько нас? А вас сколько? - осклабился капитан, прищурившись в сторону выпрямляющегося рядового. Говорить о том, что состав гарнизона нынче представлен исключительно научными работниками в количестве одной штуки, не зная, что творится в металлическом чреве самоходной громадины… Впрочем, препираться можно до бесконечности, что в планы не входило, как и обострять только-только начавшую разряжаться обстановку.
- Нас немного, очень немного, даже слишком, - уклончиво ответил и приподнял перечеркнутую тонким шрамом правую бровь. - Это на веселухи всякие толпой выбираются - улыбчивой и шумной, ага. А у меня своя прогулка.
В очередной раз взяв паузу, Ларс задумчиво почесал кончик носа. Нужно было как-то определить собственную роль в разворачивающемся действе, понять, что делать дальше, что говорить, а про что помалкивать. Пока получалось скверно - эмоций много, и все они никак не могут выстроиться во что-то цельное, понятное, дающее правильный ответ. Покосившись на темный проем люка, Ларс дернул плечом в неопределенном жесте. Может быть, Кирен знает тот самый правильный ответ? С ее-то учеными мозгами - это раз плюнуть, у этих научников компьютер в голове, как они сами иногда с гордостью говорили.
…"Не обольщайся, кэп, про такое в книжках не пишут и на собраниях не треплют. Почему? А потому что нет его, правильного ответа. Точнее, он у каждого свой. И с огромной вероятностью может оказаться, что чужие правильные ответы тебе категорически не подойдут"
Все так же наблюдая за рядовым, капитан молчал, покачивал ногой и прислушивался к утренним звукам, начинающим потихоньку просачиваться сквозь вакуум отступающего тумана. Повернулся на вновь раздавшийся голос Блица, кривовато усмехнулся:
- Вы свалите? Значит, не один, - в собственном голосе не было сейчас оттенков недавней веселой злости, только странная отрешенность и усталость. - Да, одному шарашиться - верный путь быстрее врезать дуба. А ты, как я вижу, на тот свет явно не торопишься. Что ж, похвальное целеполагание.
Поднявшись с брони, Ларс еще раз окинул взглядом броневик перед собой. Махина молчала, застыв недвижной глыбой, будто напряженно ждала чего-то, высилась мрачным механическим безмолвием.