Часть 130 Капитан
Ларс молча наблюдал за порывистыми движениями бывшего сослуживца, иногда косился на ящик с инструментами, все еще ожидая, что Блиц вот-вот схватится за какой-нибудь гаечный ключ и врежет этим ключом… ну, явно не по собственному темечку.
Внутренняя тьма, стоящая во взгляде капитана, настороженно, но с явным любопытством изучала лицо рядового, пока тот пытался прочитать что-то в капитанских чертах - наверное, тоже искал свой собственный ответ на самый важный вопрос, невысказанный, но отлично понятный каждому в этой неожиданной компании. Отброшенный в сторону кусок замызганной кожи капитан аккуратно отложил подальше, чуть ли ни пригладил ладонью получившийся ровный сверток, будто в этом был какой-то особый смысл. А может быть, просто искал нечто такое во всеобщем хаосе, что могло бы стать "точкой опоры", аккуратненькой такой точкой, лежащей в полной правильности и гармонии.
- Таких, как мы? - дернул углом рта, стараясь не смотреть на рядового, ограничившись только наблюдением за его работой в данный конкретный момент. - А кто когда может сказать, какие мы, собственно? Риторический вопрос, конечно. Женщина? Ну, честно тебе скажу, уже понятно. Слышно было, наверное, даже на Базе.
Осознание неуместности шутки больно хлестнуло по вихрю мыслей, потому Ларс спешно прикусил язык, посоветовав себе заняться делом, а не разводить философию, которая все равно никому тут не нужна. Мимо тенью проскользнула соратница. Да так целеустремленно, и с уверенностью, словно только и делала, что лазала по подобным переходам каждый день, и по нескольку раз.
- Э! Куда?! - запоздалый вопль, превратившийся на выходе в раздраженное шипение, нагнал только спину Кирен и явно не поспособствовал тому, чтобы не в меру любопытная дамочка подумала о безопасности своего маневра.
Следом за Яной рванул Блиц, окончательно разрушив только-только начавший складываться островок слаженности их работы.
- Рядовой, ты-то чего, - придушенно выдохнул, понимая, что снова теряет твердую почву под ногами и падает куда-то в зыбкую неизвестность, доводящую до почти осязаемой тревоги, холодящей кончики пальцев, от которой хочется бежать со всех ног, только бы не чувствовать этой растерянности. Можно было рявкнуть что-то вроде "Отставить! На месте стой!", но то совсем в другой жизни, которую он оставил, и от которой отказался.
Капитан сильнее стиснул зубы, медленно обернулся, поднимаясь с карачек.