Часть 154 Дэн, Тень и последствия встречи
Ругаться, конечно, умеют все, но в другое время Дэн обязательно подивился бы, какие зычные формулы умеют выдавать слабые лёгкие научного работника Яны Кирен.
Хрен знает, считала ли себя свинорылая дама вот тем, кем её так громко, во всеуслышание, на всю округу оскорбили всякие припёршиеся на здоровенном вонючем агрегате, но вряд ли её до такой степени уязвили в зад слова Яны, так что капающая пеной морда, уже казавшаяся отчаянно рвущему автомат Дэну последним, что он увидит в своей жизни, вдруг развернулась на сто восемьдесят и помчалась вверх, к полуденно желтеющему, как огромный ржавый царь горы, Монстру.
Не видя, где именно находится Яна, успевает ли убраться с дороги разъярённой зверюги, Блиц дал почти прицельную очередь в ревущую клыканиху, и чуть не сел задницей в покрытый илом песок, оскользнувшись на чём-то панически закрутившимся под ботинком.
Кажется, с тем же успехом можно было лупить в лоб на всех парах несущейся на тебя "мокрице".
Раз и на всегда утеряв огромную часть веры во что-то большое, надёжное и светлое, безотказное, как граната, брошенная в тесное помещение - в отличную штурмовую винтовку, висящую у него перед животом, как во сне, переступая хлюпающими ботинками, Блиц смотрел на живой волосатый танк, снова мчащийся к берегу озера. Может быть, пули и сделали часть своего рокового дела - в эти мгновения Дэн совсем забыл, как крепок бывает дикий мутированный зверь на рану, что довоенные кабаны, медведи и прочая крупная тварь, бывало, даже с простреленным сердцем успевали пробежать целые километры, прежде чем Костлявая наконец настигала своих законных клиентов, он и вовсе не знал. Стиснув оружие, Блиц снова наставил дуло на мчащуюся скотину, решив стрелять, пока кто-то один из них двоих не упадёт или не кончатся патроны, что, впрочем, означало для одного из них с кабанихой совершенно то же самое.
Почему-то перед мордой ополчившейся дикой жизни, так отчётливо, с первобытной звериной яростью, уже при свете дня снова рвавшейся опрокинуть, порвать и убить, даже в голову не пришло, что устрашающе быстрый разбег может иметь какую-то другую цель и можно просто отступить в сторону.
Но очередной вскрик Тени вырвал Блица из смертельного очарования. Как-то разом, выдернул - Дэн оглянулся, дёрнулся в сторону Тени, но та уже сама откатилась с пути самки. Разогнавшаяся туша просто физически не могла мгновенно сменить направление собственной чудовищной массы, и, вспарывая мелководье, в туче брызг влетела в резко пахнущую свежестью и какой-то водной сладковатой зеленью воду.
Вот тут Дэн его увидел. Того, кто пришёл за своей долей в кровавом столкновении интересов.
Поначалу длинное, упругое тело - метра три, не меньше - лишь обозначило себя заметавшимся хребтом, украшенным необычайно ярким, вызывающе красным невысоким плавником-парусом, топорщащимся острыми остями шипов. Подскочив к Тени - с ней было что-то очень нехорошо, было непонятно, успела ли её полоснуть клыкастая тварь, или случилось ещё что-то, но подняться она не могла Блиц, перехватывая мокрую руку, потянувшуюся к нему из воды, и складки одежды, как здоровенную тощую рыбку, выхватил девчонку из воды, торопясь утянуть, унести, убраться с ней подальше от схлестнувшихся страхолюдин земли и воды. И всё равно взгляд не мог оторваться, урывками выхватывал то, что открывали ему собственные резкие движения и фонтан брызг, поднимающийся вокруг завертевшейся на месте клыканихи. Кажется, она пыталась топтать кого-то копытами, резко дёргалась всей тушей, нанося секущие удары бивнями. Последний раз, уже выскочив на берег - в глаза бросился второй из неудачливых кабанчиков, странно подёргивающийся в мелко лижущих его слипшуюся шерсть волнах, совершенно целый, без единого видимого пореза, укуса, царапины - Блиц обернулся к озеру. Огромная мокрая туша слишком, слишком быстро проигравшей многотонной кабанихи, растерявшая всю воинственность, делала редкие сильные движения, кажется, просто пытаясь не дать воде захлестнуть рыло. Вода снова сильно всколыхнулась, и над умирающей жертвой, опираясь на огромные плавники-крылья, жёсткие, как недоразвитые конечности, поднялась здоровенная харя с большими круглыми глазами пронзительно-золотистого цвета. Больше всего это напоминало какую-то жуткую рыбу с японских фресок. Раззявив пасть с вполне плотоядными зубами - пожалуй, туда запросто могла войти голова взрослого человека, войти, надо понимать, безвозвратно, - зубатая морда, увешанная какими-то то ли усами, то ли наросшими на башку водорослями, ухватила кабаниху поудобнее и лениво погрузилась с ней в волны, утаскивая в глубину озера и оставив удостоившихся переживать восхищение от редкостного шанса узреть самою вершину пищевой цепочки этого славного местечка.
Переживаний было с избытком, все они были нецензурны, и большая часть их сейчас касалась - обломитесь, ваше величество, или как там вас! - совсем не чудища-избавителя.
Мелко стуча зубами, Дэн посмотрел на Тень - и рванул вверх по откосу, к своим, к Яне и Монстру.
- Где болит? Яна, что у нас есть в аптечке? Где, говори!
Не спеша в душное нутро Монстра, Дэн опустился рядом с люком, придерживая руку Тени; ран он не видел по-прежнему, только странные пятна, как от ожогов, рука Тени, покрытая ими вперемешку с птичками татуировок, почти не откликалась на прикосновения, вяло белея в короткой траве страшноватой пятнистой плетью. А Мистер Яйцо...
Да. Блиц был уверен, что аптечка... аптечка будет лишней. Наверное. А что ещё могло означать тёмное жжение, совсем не похожее на обычное растекающееся тепло, потянувшееся от места соприкосновения рук Блица и Тени, вверх, к локтю, ещё выше, больно кольнув сердце и заведя кругляш в заветном мешочке мелкой вибрацией жадно питающегося генератора.
А главное, как объяснить Яне. Про аптечку. Про Чёртов Шарик...
- Что случилось? Она тебя задела? Чтоб ее, вот ведь.