Зажав между колен факел и быстро натянул находку через голову.
- Зачем тебе все эти знаки? Они что-то означают?
Шевельнув плечами - под холодной, провонявшей сыростью кожей почти сразу начало собираться приятное тепло; кем бы ни были дикари, населявшие местные пропащие места, в смысле одежды они точно знали, что делали, - Дэниел развернулся к очагу, глядя на расписные руки. Все знали, что такое татуировки; командование не одобряло, очень не одобряло, но некоторые из ребят, особенно те, кто не рвался вверх по лестнице, всё равно тайком набивали там, где не бросится в глаза хотя бы до первого штатного медосмотра. Получали свою выволочку при случае и счастливо жили с ними дальше. Но у девчонки они были совсем, совсем другие, у этих бродяг они наверняка тоже что-то значили.
Который раз за сегодня (да и вчера тоже) Блиц изображал шедевр таксидермиста? Не считая тех случаев, когда разворачивался и бежал что есть мочи. Что ж, этот случай хотя бы относился к первой категории. Наверное. Нечто, плавно пульсирующее в сумраке за спиной девчонки, не дёргалось, не нападало, не лезло поближе. Оно просто парило в воздухе ровнёхонько над грудой останков и укрытого там "яйца", исходя слабым свечением, таким же странным, как сама круглая штука. Безумие в чистом виде.
Поначалу это показалось Дэниелу клубком летающих червей, клубком странной вытянутой формы, полупрозрачным, мерно шевелящимся и… Может быть, не опасным. Пока что. И лишь спустя несколько мгновений разум разобрал, что это.
Только бы она не обернулась. И не орала.
Чувствуя, как вновь покрывается испариной лоб, Дэниел глядел на остов человека, возвышающийся над грудой тряпья и костей в нескольких метрах от дикарки. Он как будто нарастал изнутри, из ниоткуда, почти сформированный скелет, словно отлитый из полупрозрачного, не успевшего окончательно загустеть пластика, но уже опутанный сетью сосудов, удерживающихся тоненькой плёнкой плоти и мелких капилляров. В глазницах уже были намёки на глазные яблоки. И всё это... всё это было живым, некоторые сосуды пульсировали, мерно сокращался в центре желеобразный комок сердца. И на этом страшный крафтинг давно умершего человека останавливаться не собирался, это было ясно, как день, как пронзительная вспышка.
Это было уже слишком. Не замахиваясь, сильным рывком мужчина метнул в жуткое факел и рванул к девчонке. Просто схватить, зажать рот, не дать в панике выскочить наружу, в урчащую и переливающуюся вокруг ночь - зрелище горящей палки, врезавшейся в пособие по неестественной анатомии, вид рвущейся сети, брызгающей на пол крови, спутавшихся останков, дохлыми водорослями шмякнувшихся на пол, был гнусен до тошноты.
- Не кричи, - стеклянным шёпотом просвистел Дэниел, не сводя застывшего взгляда с расползающейся под неаппетитной кучей лужи. - Услышат те, снаружи.
Превратиться в то, что пыталось ожить рядом с ними в пляшущей огненными отсветами хибаре, попав в лапы тех, что снаружи, по-прежнему казалось стократно менее привлекательной альтернативой, чем быть внутри рядом со всем этим. До рассвета. Только до рассвета, мать его.
- Гребаное дерьмо, - наконец задышал в полную силу Блиц, удостоверившись, что сломанное не пытается шевелиться и штука, тоже лежит спокойно, не возмущаясь по поводу сорванного представления. Кажется, всё это было страшно до усрачки, но Блиц уже устал бояться, проводок страха перегорел и перестал проводить чувство в полную силу.
- Думаешь, это был тот? С дыркой в черепе. Эта штука... - не договорив, Блиц снова потерял мысль, разжал хватку и почти обречённо вздохнул. - Наверное, нам стоит выкинуть эту дрянь из дома.
Часть 19. Тень, Дэн и нож, который не попал в ребра.
На секунду ей показалось, что мужчина замешкался. Задумался, словно убегая в собственные мысли. Отворачивался, старательно изображая бурную деятельность, пытаясь раскурочить невинно подвернувшийся ящик.
- А у меня нет имени, - девушка опустила подбородок на колени, подсунула руку под живот, нащупала твердую рукоять ножа. - Все называют меня Тень. Не страшно, если не поймешь.
Сама еще многого не поняла…
Вроде человек как человек, и имя как имя. Не кличка, не прозвище. Ни гонора, ни хамства. Ящер бы уже давно пистолет к башке приставил, ну или нож к горлу, смотря что в руках было, мог даже поленом по голове… Таковы они – современные принципы выживания. Почему-то вспомнился Старый с его вечным бормотанием и нравоучениями. Мудрый был мужик, только кончил плохо.