Из черноты возникло лицо Головатого, хмурого и очень недовольного, потом появился Старый, обернулся, беззвучно крикнул и побежал, далее – черная избушка на мостках среди топей и, под конец, крепкий мужчина, падающий рядом.
Девушка резко открыла глаза. Воздух был холодный и наполненный запахом крови, обычной крови, человеческой, привычной, не тошнотворной. Под щекой – чуть влажные холодные доски пола и тихое скрежетание под ними.
- Я здесь, - шепотом ответила девушка, нащупывая руку лежащего рядом мужчины. Обычную теплую человеческую руку, самую нормальную руку в этом сорванном с петель мире.
- Кто уничтожил нашу Землю, Дэн? - вопрос возник сам по себе и был произнесен словно без ее участия.
Память услужливо подсовывала картины прошедших дней, старательно погребая и рассовывая по углам полученную от шара информацию. Образ дерева белел и выцветал, будто посыпанный мелким песком, через несколько секунд от него остался лишь неприятный осадок на сердце.
Жгучий электрический жар перерос в зябкую дрожь. Тень вынула свою руку из ладони Дэна и свернулась калачиком, чувствуя, что на большее не способна даже если ее начнут заживо пожирать местные твари.
Часть 22 Дэн, Тень и молочный свет.
- Который из них? - обессиленно прохрипел Блиц, отчаянно вцепившись (на самом деле едва сжав пальцы) в нащупанную руку и уронил голову обратно на доски.
Инстинкт самосохранения притих, и снова всем весом навалились ощущения сбитого неудачника, прокатившегося под днищем несущейся во весь опор "мокрицы". Не физически, в основном распластана, как земноводное под ботинком, была какая-то нематериальная часть Дэниела Блица. И это, заметьте, был лишь остаточный след представления об истинном весе спрятанной где-то здесь информации. Страшно подумать, что она сделала бы сама, радостно вывалившись из какого-нибудь шкафа собственной персоной.
Никто и не собирался. Думать? После всего этого? Может, лучше в покер?
Воспоминание о покере вызвало секундный рецидив мельтешения невозможных зрелищ, в каком-то смысле вообразивших себя картами, и Дэниел принял единственно верный путь.
- Давай поспим.
Им здорово досталось, Тени, похоже, тоже перепало. Всего, по-братски, судя по вопросу.
- Огонь. Никто не вломится. Чёрт с ним, - уже плохо соображая, с кем именно чёрт, прошептал Блиц и наконец поплыл куда-то в мир странных форм и темноты, как упавший в ручей жук.
Ручей, судя по всему, был дренажным рвом вокруг укрепления и нёс всё ценное и не очень по кругу, к тому же берегу, где подхватывал. Открыв глаза, жук по имени Дэниел увидел ту же комнату, расписанную отсветами пламени. Нет, не совсем ту. В щели между досками на ставнях пробивался утренний молочный свет, прохладный, как забелённая добавками вода.
Странно, огонь в кособоком сооружении по-прежнему весело потрескивал. Дэниел приподнял голову и посмотрел на соседку, мельком отметив краем глаза поблескивающий гребень человеческих рёбер чуть дальше от их вытянутых ног — значит, вставала ночью, подкладывала дерево. Подсохшие кости, с грубой материальностью подтверждавшие реальность ночного сумасшествия, одна тронуть не решилась. Наверное, правильно сделала.
Чудес запасливости от хозяина хижины, с которым они обошлись так невежливо, конечно, ждать не приходилось, но, может, есть у девчонки? Бесшумно двигаясь, Дэниел подтянул ноги, поднимаясь и оглядываясь вокруг. Но так и остался сидеть, обхватив колени и остолбенело пялясь в подвернувшийся взгляду огонь. Вернее, на нечто, знакомо мерцающее среди пляшущих оранжевых языков.
Никто не подкладывал ночью поленья. Разве что пару-другую. Груда, темнеющая около очага, не уменьшилась. Огонь танцевал и облизывал сухое дерево, но не вгрызался в него, угли подмигивали красно-чёрными глазками, как отличная проекция на тренировочном полигоне, не седея золой больше, чем уже успели, и не рассыпаясь в пепел. И посреди маленькой рукотворной законсервированной преисподней самодовольно сиял Он.
Да, кто-то из них двоих вставал ночью, но совсем не затем, чтобы поддержать тепло. Может, Абигейл, может, он сам - Дэниел не помнил, прошедшая ночь напоминала лоскутное одеяло, сшитое из странных, разноцветных обрывков.
- Тень, - не меняя позы сонного Будды позвал Блиц. Заторможенно повернулся и уставился в худое лицо девчонки, потом снова отвернулся к огню, наморщив лоб и напряжённо что-то соображая. - Есть вода? Ну, может быть, ты видела какой-нибудь ручей по дороге сюда.