Приподнявшись наконец, Дэниел потянулся рукой к дышащему жаром очагу, потом спохватился, завертел головой, выискивая что-нибудь кроме собственной руки, чем можно было бы подцепить старого знакомца, мистера Чёртов Шарик.
- Где он остался? - внезапно резко спросил Блиц; на сей раз, взгляд, скользнувший в сторону Тени, настойчиво, лихорадочно блестел, почти как угли под ткнувшейся в огонь щепой. - Ну, этот. Который был с тобой. Где он?
Шар вывалился из огня и прокатился по полу, испуская почти осязаемые лучи горячего тепла. "Отомри!" - сказал он огню, и тот тут же принялся пожирать мелкие куски отслоившейся коры, как и полагается нормальному, уважающему себя и Вселенную огню.
Часть 23 Тень, Дэн и странные знания.
Ответить Тень не могла или просто не хотела. Лежала без единого движения, прислушиваясь к гулкому стуку собственного сердца, чувствуя, как без ее участия мысли перетекают в голове, устанавливая новый порядок.
- Спи, - шепотом ответила Тень, глядя на входную дверь. А точнее на щель между порогом и дверным щитом, физически ощущая, как вливается с улицы холодный воздух и осторожно гладит ее по щекам. Через несколько минут с свисту ветра и шуршанию под полом добавился тихий мерный звук дыхания соседа. К ней сон не шел. Тело казалось налитым свинцовой тяжестью и болью, по венам с кровотоком разносились мелкие иголки. Голова же, на удивление, была кристально чистой и легкой. Слух и зрение обострились, придавая всем фиксированным объектам не совсем нормальный смысл. Сон чудился спасением, но именно сегодня Морфей обошел ее стороной.
Тень закрыла глаза, сосредоточила слух на биении сердца, пытаясь уловить тонкое состояние дремоты. И вот, когда казалось, что чувства притуплены и успокоены, на сцену вышло осязание. Нет, не совсем верно…
На сцену вышел холод. Мерзкой лапкой прикасающийся сквозь влажную одежду, гоняющий мурашек табунами. Окунающий в воспоминания, когда мать еще была жива, когда спать приходилось на холодных металлических площадках между этажами Термитника, когда прижимались спинами друг к другу в попытках согреться. Во времена, когда во сне она едва не вылетела сквозь редкую решетку перегородки. Тогда она обязательно бы разбилась, упав с высоты нескольких десятков метров. Если бы не жесткая рука за шкирку, оттащившая от края. А ведь это был он – Старый. Вечный сталкер и новое привидение Термитника.
Тень пошевелилась, распрямилась с хрустом и медленно села. Грудь мужчины медленно вздымалась и опадала, несколько минут она наблюдала за крепким сном Дэна с толикой зависти.
Холод она ненавидела больше всего. Могла перенести голод и жажду, большую нагрузку и боль, но холод был хуже всего. Холод не давал засиживаться, гнал дальше, заставлял из последних сил напрягать жаждущее отдыха тело. Превозмогая себя Тень доползла до ящика, в котором Дэн нашел себе одежду и принялась перетряхивать старые тряпки. Одеяла по всемирному закону подлости нашлись практически на самом дне, толстые и тяжелые. Одно, как смогла, накинула на парня, во второе завернулась сама.
- Ты прав, огонь, - вздохнула девушка, - до утра погаснет…
Тяжело поднявшись на ноги, побрела к кривобокой печи. Запнулась о ветошь на полу и хмуро уставилась на выкатившийся из-под тряпок шарик.
С упорством дикаря, сжигающего кости зверей и преподносящего цветы идолам, дающего имена природным явлениям, жадно смотрящим в небеса, умоляющего о дожде во время засухи, со всей возможной ненавистью подхватила обрывком ткани хранилище великих знаний и швырнула в огонь. И ведь знала же, что ничего не произойдет. Шарик одобрительным сиянием поблагодарил за предоставленное поле исследования. Знала ведь ты, на пороге совершеннолетия, умеющая складывать буквы в слоги и считать на пальцах, с мозгом, не засоренным бременем бесполезных знаний, с легкостью принявшим и усвоившим необъятное количество информации, знала, что ничего не случится. Как знала, что могла жить другой жизнью, любить скрипку и лошадей, выращивать пышные кусты пионов, вдыхать аромат новых книг, бегать ради удовольствия, а не чтобы спасти свою жизнь, и смотреть по ночам в небо, мечтать, глядя на мерцающие звезды. А возможно, однажды, отправиться к ним, глядеть со стороны на голубой шарик, третий от Солнца, и воспринимать свою планету так как раньше воспринимала город или дом.
Тень открыла глаза и резко отдернула руку от очага, из которого протянулся тонкий белый щуп к ее раскрытой ладони.