Шар был сыт. Или просто спокоен, уже получил всё, что хотел и не хватал лишнего. Медленно, со смесью плохого предчувствия и нездорового благоговения, как первую настоящую гранату или ядовитую тварь, перекусавшую кучу людей, но апатично отвергшую его кандидатуру, Дэниел приподнял шар с пола, ощущая тепло, живую пульсацию неживой тяжести, несоразмерной ни одному существу из живой или хотя бы условно живой плоти. Поискал, старательно избегая человеческие останки.
И не решившись сунуть вещицу в карман, снова вернул на пол, пустив в короткий, неровный виляющий поход по грязным доскам.
Вовремя. Тень как раз завершила толкать речь и потребовала помощи. Дельную речь, между прочим, в отличии от того, чем сейчас занимался действительный рядовой штурмового отряда Дэниел Блиц. То, чем он занимался, было нездорОво и не здОрово, маясь этим смутным ощущением, Дэн выпрямился и почти с облегчением переключился на новую задачу.
- Дай-ка я.
Нахмурившись, Дэн вынул собственный нож и попробовал удвоить (вернее, утроить, учитывая разницу в габаритах) усилия Тени, расшатывая вредно заскрипевшую щель. Даже в голову не приходило, что здесь могут быть такие интересные стены, и намёк на дополнительную комнату в проклятом логове, честно говоря, не натягивал на рожу счастливой улыбки. Если мелкий тайничок прятал в себе такие подарки, кто знает, что могло вывалиться из схронки покрупнее. А она была явно покрупнее, и плевать хотела на потуги двух чумазых пришлых приматов, царапающихся в её облезлую святая святых.
- Не идёт, - с досадой проскрежетал Блиц; образ гипотетических поблескивающих стволов-мумий в промасленных тряпках, упаковки консервов (тухлых но, если прожарить...), может, даже воды (что с ней-то сделается?) или кукиша, присыпанного трухой пыли, всё больше захватывал воображение. Пока вдруг не исчез в оглушительной вспышке, внезапно и мощно, с устрашающей резкой силой, бросившей ослепшего Блица всем напружинившимся весом в доски, как щетинистого взбесившегося зверя.
Дверь откликнулась оглушительным треском, но выдержала первый натиск, отбросив сыгравшего не по правилам взломщика для второго броска. И он был бы, может, и третий, не схватись кто-то из них, сам Дэн или испуганная Тень, за... за что-то. Трудно сообразить в такие моменты, за что ты хватаешься, а потом уже просто нафиг не нужно - щит, прикрывавший самоотверженной деревянной грудью неведомы сокровища, с покорным щелчком выскочил из каких-то пазов, обнажив кромку, за которую без труда можно ухватиться рукой.
- Где ключ погнулся, там пароль - ботинок, - победно отчеканил Дэн одну из поговорок сержанта Сольвейга.
И перехватив поудобней нож, уже по-настоящему, не для колупаний досок, вошёл в приоткрывшийся лаз.
То, что осветил самодельный мини-факел, а затем и свет, падающий в хижину снятой ставни, стоило того, чтобы пободаться с этой хибарой лбом. Убедившись, что никто столь же радостно не выходит из многолетней летаргии с той стороны двери в предвкушении первого завтрака, Дэниел кивнул Тени и сам присел возле одного из ящиков. Добротных, сбитых из тяжёлого довоенного железа, даже думать бесполезно, откуда они могли здесь взяться, посреди этой хлюпающей глуши, обглодавшей вокруг все остатки нормального мира подчистую.
- На горбу он их припёр, что ли, - пробормотал Блиц, торопливо выуживая холодеющей от догадки, уже знающей всё наперёд рукой тяжёлые свёртки. - Что там у тебя? - И потерял слова, с алчным недоверием разматывая первую добычу.
Арбалет. Небольшой, чёрт знает, какой мощности, Дэниел не разбирался в них, видел несколько раз на вылазках, видел, как тихо и жёстко косят людей короткие стрелы; некоторые ребята подбирали их у убитых дикарей, осваивали, отдавая дань бесшумной мощи, пробивающей защитные пластины не хуже пуль, но гораздо тише. Молчаливая смерть. Но сам - нет, никогда не пробовал. Наверное, зря.
- Умеешь с таким? - Дэниел развернулся и воодушевлённо показал свой трофей Тени.
Вскоре рядом с залапанным жизнью красавцем на расстеленную тряпку лёг тяжёлый довоенный револьвер, настоящий, не чета ублюдкам, встречающимся у дикарей, пара пистолетов, один живой, второй в полуразобранном виде, донор, пожертвовавший часть деталей неизвестно куда. Бинокль, поцарапанный, потёртый от интенсивного использования, но вполне рабочий, конечно же, без элемента питания, что лишало его многих полезных функций. Но - отличный военный бинокль. Фонарик, дозиметр как у Тени и ещё какой-то похожий прибор, которого Дэниел не опознал.