- Тень? - оторвав взгляд от мумии с зажатым между сухих пальцев-веток окурком, Иномирец строго посмотрел на Ящерку.
Укор, сдержанный гнев, глубокое беспокойство за сестру, возможно, потревожившую колонию очень, очень вредных грибков.
Дэн всего этого ядерного буйства эмоций, надёжно заточённых за белёсыми иллюминаторами радужек, просто не видел. Замерев, Блиц смотрел на иссохшее лицо, обтянутое пергаментным слоем кожи, на зубы, выступающие из-под усохших и сморщившихся губ. Преодолевая инстинктивную неприязнь, почти оглохшую под другим, мощным и иррациональным чувством, Дэн подался вперёд, приближаясь лицом к жуткой маске давно умершего человека. И закрыл глаза, пытаясь переварить лёгкий запах дыма, исходящий от ротового отверстия. Отчётливый, достаточно, чтобы быть ощутимым на фоне неприятного, наверное, вполне естественного смрада испортившейся, но не сгнившей, а иссохшей и "законсервировавшейся» на неполной стадии разложения плоти.
Несколько секунд Блиц так и стоял, молча, не меняя позы и не слыша перепалки за спиной. Если она вообще была. Затем резко открыл глаза и повернул голову вбок.
- Тень?
Кажется, она не сразу поняла, чего он хочет. Или не поверила. Или просто не хотела верить. Что ж, отданная инициатива - чужая инициатива. Не дожидаясь, пока Тень выйдет из замешательства, Дэн взял её за руку и подтянул ближе, одновременно вынимая из-за пазухи мешочек, а из мешочка - Чёртов Шарик. Тот послушно скользнул в ладонь, едва тёплый (был ли он таким всегда?.. Дэн не помнил).
Руку пришлось разжать. Просто пришлось, да и удерживать силой Блиц не хотел. Сжав и разжав чуть подрагивающие пальцы, пристально вглядывался в мумифицированную маску, словно перебарывая сомнение. Потом всё-таки протянул руку и не удержавшись, передёрнувшись секундной судорогой неприязни, положил ладонь на запястье мертвеца.
Шарик завибрировал в руке, словно любопытный собачий нос. Но чего-то не хватало. Может быть, всего не хватало, вообще, только как минимум один недостающий ингредиент здесь знали все. Может, кроме Иномирца. Тот не знал, тот просто стоял и пристально наблюдал за происходящим.
- Тень, - уже не спросил - негромко позвал Дэн, не сводя глаз с сероватой щеки. Смотреть прямо в запавшие, утерявшие человеческий вид зрачки, похожие на глаза высохшей рыбы, было слишком жутко.
Часть 242 Тень, Дэн и начало
Тень замерла, глядя снизу вверх на мужчин. Потерянный взгляд метался между их напряжёнными лицами. Конечно, они ничего не понял, конечно, у нее не получится им объяснить. И от этой невозможности девушка едва ли не плакала. Ну, как так-то! Вот же оно все - перед ними. Все было по-настоящему! И в то же время застрелиться захотелось как при встрече с Яной и Горски. Жаль тогда револьвер дал осечку.
Возвращаться в каморку не хотелось. Но уж напористо было желание Блица увидеть все своими глазами. И с молчаливой поддержки Иномирца, Тень попыталась отыскать обратный путь сквозь темноту и страх. Возвращение далось гораздо тяжелее, чем она предполагала. Пробежав дистанцию как спринтер, Тень практически не запоминала ориентиров, водя мужчин по коридорам и понимая, что она на грани. На грани собственного сознания, на грани истерики и на грани возможности потеряться среди множества коридоров.
Дверь в каморку выпрыгнула перед ними совершенно неожиданно, словно ожидала прихода долгожданных гостей. Посторонившись, девушка пропустила мужчин вперед, замерла у порога. Что там дальше смотреть ей было не обязательно. Макс или кто он там, вернее кем был, оставался в прежнем не живом положении. Сигарета давно уже не смолила, однако ароматный дымок еще чувствовался среди логичного для комнаты амбре разложения.
- Ну, что ты смотришь, - обиделась девушка, ловя возмущенный взгляд Ящера. - Всерьез считаешь, что я сначала обнесла конуру, а потом сигарку ему засмолила? Или забыл, как Головатый выбивал из меня интерес к этому и этому.
Возмущенная Ящерка знаками изобразила затяжку и опрокинутый стакан, напоминая Иномирцу воспитательные побои Головатого, призванные избавить ее от желания экспериментировать с курением и алкоголем. Старый химик всегда говорил, что твердая рука хирурга гораздо важнее временного дурмана.
- Между прочим это был он! Тот самый человек, что мне помог, - обличительно ткнула в труп пальцем Тень и поморщилась, наблюдая как Дэн обнюхивает жмурика. - Он назвал себя Макс, пытался вот этим меня напоить, но я ничего не пила и не ела!
Девушка протиснулась мимо Иномирца, подняла кривобокую кружку со стола и сунула под нос Ящеру.
- Тебе-то что надо?! - раздраженно отозвалась Ящерка, оставляя Иномирца изучать напиток и обращаясь к Дэну. Хмурая и насупленная она сложила руки на груди и не имела ни малейшего желания приближаться к засохшему знакомцу, с того света умудрившегося подпортить ей репутацию и настроение.
- Берите что хотите и валим отсюда, чего на сушку смотреть, - пробормотала она, игнорируя знаки Дэна. - Эй!
Нет, больно не было, зря Иномирец только глазами сверкнул и вперед подался. Дэну Тень уже верила, наверное, единственному человеку в мире верила, потому что видела мир его глазами. Слов не требовалось. Стоило только заточенной в шарике черной дыре выкатиться из своего убежища, как девушка замерла, завороженно наблюдая за переливами на гладкой сферической поверхности.
- Зачем? - шепотом спросила она, наблюдая за манипуляциями Дэна. Знала, что он хотел сделать. Увидела, стоило шарику коснуться обнаженной кожи мужчины и устремить электрический разряд в ее сторону. Руки симбионтов разжались, Дэн попытался соединиться с трупом. Ничего не вышло.
Тогда, в хижине на болоте, Шарик разделил на двоих свое дарование и Тень понимала, что без нее у Дэна ничего не выйдет. В лучшем случае.
А в худшем Шарик посчитает Макса объектом вкуснее, и Дэн сейчас упадет к ее ногам ссохшимся телом, отдав свою жизненную силу во славу безрассудного любопытства.
Нет, третье яйцо Дэна никак не вдохновляло ее на подвиги на фоне научных изысканий и игрища с давно усопшими. Тень нехотя подошла к естествоиспытателю и положила руку на плечо.
Первые несколько секунд ничего не происходило, девушке оставалось только метать недовольные взгляды в спину солдата. А потом Шарик замерцал. Ожил. Расцвел.
И даже если бы Тень сильно захотела, то не смогла бы сбежать, так крепко прилипла рука к плечу.
- Нет! - взмахом руки остановила она рванувшегося Иномирца. - Не приближайся! Не трогай! Слишком опасно!
Девушка судорожно выдохнула и упала на спину Дэну, утыкаясь носом между лопаток. Она не знала, что чувствовал в этот момент он, но девушке казалось, что ее выжимают в прямом и переносном смысле. Колени и руки тряслись, голова кружилась, ломило все суставы и тянуло жилы, пот мгновенно покрыл все тело, заставляя сучиться от ненавистного холода.
Вот же она ему задаст! Сил говорить не было и Тень думала. Очень громко думала, нецензурно, обещая Дэну множество неприличных и не приятных вещей по окончанию эксперимента. Надеялась, что он ее услышит, ведь самой смотреть на труп не было необходимости, весь процесс она наблюдала глазами солдата. Что происходило с Иномирцем, созерцающим со стороны страшно было представить. Оставалась надежда, что он не вступится и не испортит возвращения, как в свое время Дэн в хижине.
А действо живо напоминало картину из болот. Тень морщилась, отпиралась и отворачивалась, брезгливо прогоняя видение из головы. Но невидимая сила проклятого Шарика все сильнее прижимала ее к мужчине, не позволяя отвлекаться.
Ломота в теле закончилась вместе с восстановлением их у подопытного, огонь прокатился по венам, когда начала формироваться кровеносная система. Тень сильнее зажмурилась и сжала зубы, уговаривая себя потерпеть еще немного, ибо пытка эта не могла продолжаться вечно.