Часть 250 Тень, Дэн и …
Холод. Самое богомерзкое создание. Больше всего в жизни Тень его ненавидела и боялась. С самого рождения, с постоянных ночевок по углам Термитника, продуваемым всеми злыми ветрами. И сейчас трясло, и ломило все тело. Хотелось плакать, пищать и спрятаться в самой маленькой норке, чтобы умереть там преспокойненько. Покой... Удивительное слово. Не знакомое, как вкус шоколада для искушённой лишь разностью жесткости мяса Ящерки. Тень предательски шмыгнула носом и сжалась в руках Дэна. Но даже его хлынувший нестерпимый жар не сразу разогнал ледяную тряску.
Девушка поелозила, выгнула спину, прижимаясь сильнее и проследила взглядом за движущимися за окном фигурами. Дэн был прав, им двоим, Иномирцу и Максу, было чем занять время. Тень тихо вздохнула, чувствуя, как постепенно начинает оживать. Сжала и разжала озябшие пальцы. Кожаная влажная безрукавка продолжала неприятно холодить тело и норовила сползти, полностью оголяя одно плечо.
Ощущение неправильности происходящего никак не покидало терзаемую сомнениями душонку. Иномирец, белоглазый подлец, воспитавший ее почти наравне с Головатым, был прав, она никогда не выходила за Стены. А выйдя впервые умудрилась вляпаться в такие дела, что начни рассказывать - не поверят.
Тень осторожно, чтобы не вспугнуть задумчивого Дэна развернулась, недовольно отбрасывая назад влажные волосы, обхватила руками теплую шею, уткнулась лбом в щетинистую щеку. Стало легче и спокойнее. Поток тепла чуть дрогнул и за циркулировал быстрее и сильнее, словно образовывая вокруг них несколько вращающихся колец. Голова внезапно закружилась и забухало молотом в груди сердце.
От Дэна приятно пахло свежестью и тиной. Тень открыла глаза, сняла маленький пучок водоросли с волос над ухом и вновь зарылась носом в шелестящую щетину. Губы закололи жесткие волоски проклевывающейся бородки. А вот затылок был мягкий. Под поглаживающими пальцами собирались последние капельки озерной воды и щекотали ладони своим размеренным бегом. Щека тоже была мягкой, и крыло носа, наверное, самое удобное место для поцелуя. И уголок губы, и дрогнувшая под поцелуем нижняя губа оказалось мягкой и чуть солоноватой, теплой.
Часть 251 Дэн, Тень и замкнувшаяся цепь
Неудобно?..
Дэн немного расслабил руки, дав завозившейся Ящерке немного простора для движения, или дыхания, или... просто простора. Как она вообще-то решилась? Подпустить так близко.
Мысли шелестели сами по себе, не пересекаясь с ощущениями и ярким прямоугольником открытой аппарели, в которую вкатывался на излёте умеренно оживлённый шум Макса и Иномирца, треск сломленной ветки, другой, и голоса; немного рассеянный, но уже более твёрдый, как у человека, наконец-то нащупавшего хоть какой-то клочок твёрдой опоры под ногами - Макса, и очень деловитый, но тоже увлечённый новым открытием - Ящера.
Фигуры изредка мелькали в поле зрения, там, внизу, чем-то занимались, присаживались, вглядываясь в глубину, голова Ящера время от времени спокойно, естественным движением, как отлично отлаженный радар, поворачивалась туда-сюда, убеждаясь в отсутствии опасности, далеко и отстранённо сейчас, словно края открытого люка разграничивали мир на "там" и "здесь". В отличии от Тени, вместо того чтобы выкарабкаться и восстановить статус кво, внезапно оказалась близко, как никогда. И не только в отношении дистанции.
К виду макушки, маячащей в недопустимой прежде близости, Дэн уже почти привык и почти перестал удивляться. Но... как странно - мелькнуло в голове под нарастающий лёгкий шум. Только сейчас заметил, что глаза не просто разноцветные, что один из них окружён у зрачка редкими тёмными крапинками, а второй прозрачный, как... наверное, такой, равномерного прозрачно-голубого цвета, была вода в небольшом бассейне в тренировочном комплексе, давно осушенном и не функционирующем.
Глядя на Тень, Дэн тоже осторожно погрузил кончики пальцев во влажную мягкость волос. Внезапно смутно осознавая, что не только имел все эти годы, внезапно смывшиеся, как радиоактивная вода с борта "мокрицы", но и терял тоже. Не только возможность решать без приказов, как быть, кого бить, где отойти в сторону, жить или делать глупости - возможность, которой совсем не просил. Не только вкус древесного дыма и настоящего мяса, особенно смачного от отсутствия распорядка, гарантирующего брюху насыщение в положенное время регламентированными продуктами. Но другой, простоты, без обязательных осмотров, штампов, анализов и серого лабораторного духа.
Дыхание, вкус приоткрывшихся губ, чуть напряжённая спина под ладонью, хрупкая тяжесть на коленях, когда Дэн, обхватив, приподнял и пересадил Тень совсем, совсем вплотную. В грудину третьим сердцем зудел и толкался оживший Шарик, может быть, впитывал и записывал что-то новое, может, заряжался сейчас, как пиявка, мощными флюидами. Зря он напомнил о себе. Хотя, нет, хорошо. Не отпуская Тень, Дэн слепо скользнул рукой под свою одежду и выловив, как назойливого зверька, отбросил шар куда-то на соседнее сиденье, вырвав из замкнувшейся цепи третьего лишнего.