Варан незаметно усмехнулся и сплюнул вязкую слюну. После дрянного пойла городских во рту была настоящая срань. Грибочки Иномирца усугубляли ситуацию. Да, недооценил Глава Ящериц белоглазого ублюдка, сам ушел и девку с собой увел, предварительно свалив с копыт всю боевую рать. Благо, что дозу рассчитал правильно и никто не подох от его добавок. Сам Варан не заметил когда грибочки попали в его пойло, а вот братия нажралась их добровольно под видом хорошей приправы к дрянной жратве.
Варан поглядел по сторонам, сорвал тонкий стебелек дикого овса и принялся ожесточенно грызть, разгоняя слюну во рту. Шумный отряд с орущей Осой и шипящими карами стоял на краю леса возле Теранкта. Своих Варан туда не поведет, даже чтоб снять скальп с Иномирца и за лохмы притащить дурную Тень обратно в клан. Оса орала на фоне, ее ребята тоже не горели желание лезть в задницу мира, наслушавшись баек своих Ящериных собратьев. Солнце уже полностью поднялось над горизонтом, когда кары подогнали к краю леса, Варан успел заметить, что спины беглецов пожирает туман запретной территории.
Не менее часа они терлись у самого края, решая стоит ли подрядить поисковый отряд. Гул он ощутил не сразу, вернее поначалу думал, что это от каров и рева бешеной бабы дрожит земля, однако вскоре осознал, что земля дрожит самостоятельно, а не в приступе паники перед их матерящимся отрядом. Из самого Теранкта вдруг послышался стонущий, жутковатый звук и в небо, мигнув серебристым боком, вырвалось нечто, похожее на срезанную башку здоровенного болта. Варан приставил руку козырьком, разглядеть толком ничего не успел, но откуда-то понял и вдруг рассмеялся.
- Сворачиваемся, не за кем больше идти туда, - рявкнул он и первым пошел в сторону заведенного кара. Парни оттаяли спустя несколько секунд, обескураженно расползлись по местам. Оса наконец-то замолчала, глядя в пустое небо.
Иномирец стоял на краю скалы. За ночь он успел уйти очень далеко и совершенно не боялся погони. Он не видел никого из своих бывших соратников, но всегда знал, что они где-то там внизу, всегда где-то там ищут себе пропитание, спасаются от опасностей. Гула из недр Теранкта он тут не слышал, но каким-то внутренним чутьем понял в какую сторону надо смотреть. Он видел все: как корабль оторвался от поверхности, завис на секунду, словно позволяя налюбоваться видом и как исчез среди тусклых облаков. Иномирец улыбнулся. Теперь она точно была в безопасности.
Упырь, некогда бывший человеком и попавший в зону аномалии, извратившей живое существо до неузнаваемости, услышал странный гул. Вначале он пугливо сжался в своем дневном укрытии, но после любопытство победило, и он высунул голову, пуская ультразвук в стороны и попутно оглядываясь. Что именно мигнуло в воздухе он так и не понял, однако немало удивился, когда странный предмет не упал на землю как это должно было быть, а поднялся вверх и скрылся из поля зрения.
- Что-то грядет, - подумал Сергей Константинович Беседин, некогда русский эмигрант, переживший катастрофу много десятилетий назад.
Раздолбанная дорога ложится под раздолбанные сапоги кривым полотном. Шаг за шагом ты идешь вперед, держа на перевес грязное оружие и не знаешь, что ждет тебя за очередной кучей хлама. Оружие нормальное, серьезное и военное давно вышло из строя, сейчас оружие он называл все, чем можно было отбиться, кусок арматуры, например. И да, оно было грязным, потому что недавно раскрошило череп мелкой хищной твари, а посадить свою жопу и вычистить боевой агрегат времени в этом душном мареве не было. Ибо неизвестно что скрывалось за следующей кучей хлама.
Только сейчас безымянный Новичок по прозвищу Баламут оценил слова командира о хорошей обуви. Его обувь уже разваливалась. Боты хромающей рядом Яны еще как-то держались. Девушка нервно оглядывалась по сторонам, баюкая раненную руку, а Баламут все чаще посматривал в сторону беспомощной спутницы с возрастающим желанием бросить обузу. Но… но одному было страшно. До чертиков, до гнусного тянущего ощущения в животе, когда посрать можешь сходить только с доглядом на кого-то.
Земля под их ногами задрожала, гулко охнула. Яна заплакала в голос, не выдерживая очередного испытания. Баламут обхватил дрожащую девушку за талию и прижал к своего боку.
- Смотри, - кое-как прохрипел он, разрывая стиснутые жаждой сухие губы.
Справа от них в небо вознесся большой предмет, приплюснутый, как тарелка, накрытая другой тарелкой.
- Корабль? – жалобно простонала Яна, щуря слезящиеся глаза.
- Не знаю, - отозвался Баламут.
- Нас спасут?