Часть 58 Дэн, Тень и попытка
Первые минуты в голове плохо укладывалось, что это искорёженное дикарской мыслью чудовище всё-таки послушалось рук, привычных к обращению с обычной приличной смертоносной транспортной техникой. В основном - от чудовищной же тряски и дребезжания, не шедшего ни в какое сравнение с мощным, ладным ходом хроносовских "мокриц".
Но кадры за мелко трясущимися щитками лобового обзора менялись, наползали друг за другом, ныряя под приподнятый щит огромного ковша и гигантские колёса, позвякивавшие обматывающими их цепями, менялись, пару раз мелькнув ободранными бортами дикарских самоходок, шустро вильнувших справа и слева по курсу прущего монстра. С высоты небольшой квадратной кабины они казались тощими оголодавшими псами, рискнувшими болтаться под копытами огромного рогатого жвачного, чьи стада иногда забредали и проходили в зоне видимости Базы.
Начавшее было успокаиваться сердце снова перешло на прискок, на это раз наполняясь подобием торжества и злого упрямства - ну, кто кого, кто кого, сукины дети?! Неприятно глодало лишь то, что он никак не мог на ходу разобраться во всех чёрт знает зачем натыканных рычажках и можно ли заставить зверюгу катиться чуть быстрее, чем мощный и не то, чтобы совсем медленный, но всё-таки недостаточно быстрый ход, чуть ускорявший тушу под уклоны холмов. Дэн даже не сразу заметил, каким нежным пятном мерцает в едва рассеянной отсветами прожекторов темноте лицо вынырнувшей откуда-то из брюха гиганта Тени. Совсем как молоденькая, полежавшая на свету картофелинка из отдела гидропоники.
Кажется, снаружи щёлкнул один или два выстрела.
- Не высовывайся, - хрипло крикнул, нахмурившись, Блиц и, отпустив руль, попытался резко стащить Абигейл поглубже в промятое сидение. - Ты рехнулась! Эта рухлядь не удержит пули! - снова аргументировал, пытаясь переорать двигатель, Дэниел, чувствуя, что ведь правда, действительно злится на Тень за то, что она так глупо подставляется под убой.
…Голову б ещё высунула! - хотел ругнуться напоследок Блиц, окончательно утверждая авторитет. Но тут один из преследователей пошёл на отчаянный манёвр. Может быть, его просто вынесло так неудачно случайно, подбросив на ухабе и прокатив по коварной пыли, покрывающейся первой росой, но в мигающем свете прожекторов внезапно отчётливо вырисовался корпус багги; по щиткам, прикрывающим широкую лобовину кабины, с визгом и искрами ударила очередь, с силой хлестнули по лицу осколки, что-то заскрежетало, поддетое и поволочённое ковшом. Последним кадром запомнилась кургузая корма самоходки, отчаянно дымя бешено крутящимися колёсами, всё-таки вывернувшейся от неминуемого опрокидывания и рванувшей куда-то в темноту, уступая место кустам и жёстким пучкам травы, снова беспрепятственно полезшим навстречу прожекторам из разрастающейся на весь горизонт темноты.
Часть 59 Тень, Дэн и реакция на раздражители
Сверкнувшая и злобно цапнувшая металл совсем рядом с ее лицом пуля, изменила отношение Тени к долгожданному свежему воздуху и дернувшей сзади за шкирку руке. Вроде как вернувшийся на свое место желудок, не желавший большее воочию наблюдать разворачивающийся снаружи спектакль, постыдно ретировался еще глубже и ниже, скрутив внутренности девушка болезненным тугим клубком. Тень икнула и быстро сползла между сиденьями, прижимаясь спиной к боку нервно дергающегося Дэна и прикрывая голову руками.
Большой, злобный укрепленный самоходный зверь перестал казаться надежной башней, способной защитить от мелких вредителей, снующих снаружи. А они как назойливые насекомые напирали на здоровенную тушу, откусывая по кусочку с каждой стороны. Медленно, слишком медленно пустынный кит пробивал себе дорогу по темнеющим барханам мусора.
Сзади, со стороны люка, через который они попали внутрь, послышалось громкое скрежетание. Тень плюхнулась на живот, пытаясь разглядеть, что происходит внизу, у самого входа. Крышка люка рвалась и дребезжала как сумасшедшая, уже из последних сил сопротивляясь внешнему вторжению.
Скатившись кубарем по маленькой лесенке, девушка, уже не обращая внимания на тошнотворную качку, рванулась к люку, залатанный край которого медленно отгибал здоровенный крюк. Металлические заплатки ревели и лопались под нечеловеческим воздействием, держась на грани разумного, защищая своих ездоков.
Сердце гулко ударило в голову, когда на отогнутом краю показалась расписная человеческая кисть, пытающаяся нащупать ручку, открывающую люк.
Не думая, она схватила первое попавшееся под руки и со всей силы саданула по вражеской конечности. Общее впечатление от плеснувшей в сторону крови вместе с осколками кости мог перекрыть лишь вой, раздавшийся по ту сторону баррикад. Однако, оценивать вокальные данные новоиспеченного калеки ей было некогда. По приставной лестнице Тень взобралась в пулеметную башню, упираясь всем телом, открыла таки люк и пустила выписавшую параболу очередь по прицепившему к киту багги. Судя по агрессивному отклику и зацарапавшим по обшивке пулям, из строя Тень вредную машинку так и не вывела. Вражеская погань надежно крепилась крюком с протянутым тросом к их вездеходу и упрямо тащилась следом.
Неожиданно из-под колес вылетел дымящийся кусок металла, влетел в своего собрата, превращая его в такой же свернутый рогаликом бесполезный металлолом, начиненный фаршем. Тень высунулась на секундочку и резко нырнула назад, однако тут же медленно выглянула вновь, не веря своим глазам.
Третий и последний выживший багги резко затормозил и отдалялся со скоростью движения самоходки. Из стального брюха вывалились преследователи, сыплющие проклятиями (Тень думала, что проклятиями, ибо точно расслышать их крики не удавалось) в след удаляющейся махине. Неожиданно небо разрезал удивительный в своей красоте алый цветок. Девушка удивленными, широко раскрытыми глазами наблюдала как расцветают ярко-алые искры в чернеющем небе, как они медленно опадают и тухнут, видимо кто-то из ямщиков не пожалел ракетницы.
Как только накатившая ночь сожрала последние искрящиеся лепестки огненного цветка, Тень быстро спустилась вниз, кое-как перепилила трос, оставив искореженный багги грустно лежать в холодной темноте, и вернулась в кабину.