— Диан, тебя у бара какой-то мужик спрашивал! — мимоходом сообщил Миша, направляясь к столику Кислицыных со счетом и терминалом.
Супруги были еще на подъеме, молодцы, вовремя уйти очень важно. А то потом, знаете, то сумочку забудут, то туфельку хрустальную, а по тыкве от мачехи-администратора получат все. Я даже сначала как-то пропустила мимо ушей его слова, рассеянно мазнув взглядом по стойке бара, у которой Ксения-бармен что-то увлеченно смешивала.
Ну, заказать, наверное, песню хотел. "Владимирский централ" какой-нибудь. В моем исполнении это все равно что балерины, танцующие в ватниках, но специфическому контингенту нравится, так что в моем репертуаре есть и такие композиции. Но. Увы и ах, мне пора. Я не особенно торопясь, но и не затягивая, собирала свои вещи и набросила поверх платья тонкий жакет.
— Диан, ты слышала? — Миша решил, что я на старости лет оглохла.
— Да, Миша, но мне без разницы, я на сегодня все, — тесты никак не впихивались в сумочку, и это немножко бесило.
— Ну смотри, вроде на вид очень даже, чаевых бы отвалил хорошо, — не отставал Михаил, которому, похоже и самому сейчас недурственно перепало, что улучшило настроение парню и настроило на болтливый лад. Да что там такое мешается-то?
— Миша, да пусть он даже шейх арабский, я на сегодня все! — злобно рыкнула и полезла в сумочку.
Поперек пространства внутри встала плотная визитка черного цвета с золотистым тиснением, которое я в приглушенном свете никак не могла разобрать. Зато на белом обороте было всего одно слово, написанное размашистым мужским почерком "ПОПАЛАСЬ".
Вот же ребанный йот!
— Кто трогал мои вещи? — просипела я в Мишу, схватив его за руку.
— Ай! Ди, у тебя руки ледяные! Не знаю, не видел! Никто вроде не подходил! — заблажил он неестественно тонким голосом, будто схватила я его не за запястье, а за тестикулы.
— Как выглядел мужик, который меня спрашивал? — продолжала допытываться я, стискивая жертву еще крепче.
— Да с ним Ксю общалась, я так, мимо проходил! — пискнул Миша, вырываясь от меня. — Вроде бородатый и богатый, в костюме!
Офигенно. Я начала паниковать. Кажется, мой личный кошмар вернулся. Где мой телефон?
Дома. Я забыла его дома. Мне не сообщить друзьям о грозящей мне опасности. И мне надо бежать. Ни на кого более не глядя, забив на упавший под табурет решебник и не переобувшись в удобные балетки, я рванула на выход из зала. Вероятно, это была фантазия моего воспаленного мозга, который именно сегодня решил выкинуть фортель и окончательно сбрендить, но спиной я отчетливо чувствовала чей-то пристальный взгляд.
Глава 5 Попалась
Ливень обрушился на меня, как ведро с холодной водой в аквапарке, за долю секунды вымочив до нитки. Я аж замерла, ошарашенная, ловя воздух широко распахнутым в безмолвном вопле ртом. Ф-фух!
"Ну йопт, ты как крыса помойная теперь. Снимай обувь, чо уж терять-то!" — высказался Валера.
Валерочка, милый мой! После моего возвращения с Арданы, я совсем перестала его слышать! Мне даже ругаться ни с кем не хотелось, чтобы гопник хоть как-то себя проявил. Но гоблин прав, надо скакать к машине резво, хотя я и не слышу звуков погони за спиной. Да я вообще ничего, кроме шума дождя и, ох ты ж, мать твою, грома не слышу.
Сначала совет внутреннего гоблина насчет туфель я проигнорировала. Я ж не героиня мелодрамы, чтобы радостно бегать босиком под первой майской грозой! Но стоило мне в первый раз подвернуть ногу, едва не грохнувшись на стоянке, почему-то полупустой, как я сразу перестала привередничать. Туфли — это же и прекрасное оружие! — соображала я на бегу.
Ливень был такой силы, что не видно было вообще ничего. Я лишь примерно представляла себе нужное направление, да мутные фонари ориентировали меня, в какой стороне находится дорога. О пешеходном переходе и говорить нечего — я бы его сейчас попросту не нашла. И он вряд ли мне бы помог, водителям меня тоже совершенно не видно. Но даже в таких условиях глубоко в подкорке отложились правила: встать, посмотреть налево, направо, снова налево, убедиться, что дорога пустая.
Я это и сделала, клянусь! И дорога была пуста!
Но стоило мне сделать первый шаг на проезжую часть, как в меня резко ударил свет фар машины, приближающейся по какой-то странной синусоиде. Видимо, водитель пытался затормозить где-то еще раньше, но на мокрой дороге машину стало заносить, и теперь она неуправляемо неслась в мою сторону. И мне бы сделать шаг назад, хотя бы шаг — и я окажусь за столбом, который имеет шанс геройски спасти мою жизнь!
Но, наверное, Аннушка уже разлила подсолнечное масло. В смысле, моя судьба уже покатилась по наклонной, когда ничего нельзя переиграть назад. Родителей жаль. Я сделала тот самый шаг, но вместо того, чтобы выскочить на тротуар больно ударилась пяткой о высокий бордюр и окончательно потеряла равновесие, замахав руками, как мельница. Сумочка и туфли ласточками взмыли и улетели куда-то назад.