Декольте у женщин довольно глубокие, а сами дамы достаточно привлекательны, но на них я почти не смотрю, сегодня я на секретной службе его королевского высочества дофина Франции. Вообще-то, если честно исполнять свой долг, так можно и косоглазие заработать. Как назло, несколько весьма привлекательных женщин сидят направо, в то время как главный стол – налево от меня. Какое-то время я пытаюсь глядеть в обе стороны, затем сдаюсь. Я тихонько вздыхаю: судя по бурным взрывам хохота, менестрель вещает нечто очень забавное. Я не отказался бы послушать, но – увы. Там место для рыцарей.
Франция – мир строгих сословных правил, здесь не дают рыцарство за кривлянье на сцене, как в наше время. Признаться, есть в этом определенная привлекательность. Ты подвиг соверши, вот и получишь золотые шпоры. А петь хорошо поставленным голосом, чтобы заслужить столь высокое звание, как-то маловато, как ни крути. Здесь до такого пока не скатились, скоморох это скоморох, а шевалье есть шевалье.
Даже воюющая с французами Англия заразилась идеями рыцарства. Все тамошние герцоги, графы, бароны и виконты срочно утвердили в Королевской коллегии герольдов собственные дворянские гербы. Составленные, добавлю, в строгом соответствии с утвержденными правилами, в чем раньше не видели никакой для себя необходимости, изощряясь в придумывании гербов несообразных и попросту смехотворных!
И, неслыханное дело, в Англии вновь начали устраивать рыцарские турниры, строго-настрого запрещенные лет сто назад. Да что там говорить, даже обряд посвящения в рыцари передрали у нас один в один. Поистине, Франция – страна высокой культуры, что одним фактом существования несет свет цивилизации в варварские земли! Даже если нам суждено рухнуть, а англичанам победить, мы напоследок успеем научить их женщин пользоваться духами, а мужчин пить красное вино под дичь, а белое – под рыбу. И никакого пива за обедом!
Памятуя наказ Гектора, я ем умеренно и совсем не пью. Так, осушил пару-тройку кубков, для русского человека это почти что ничего. Я с тяжелым вздохом по одному отрываю глаза, что так и липнут к молоденькой девице с деланно невинным личиком и пышными формами Памелы Андерсон, вновь кошусь на Гектора.
Медленно течет время, сквозь узкие окна в торце зала, забранные дорогими цветными витражами, я замечаю, что снаружи воцарилась ночь. Там свежий ветер и безграничный простор, томно перемигиваются далекие огоньки, вплавленные в черное небо; даже не догадываются, манящие, что зовем их звездами. Лениво оплывают толстые восковые свечи, сотнями огоньков прилепившиеся к люстрам и канделябрам, ровно гудит пламя в гигантских каминах. Дамы давно нас оставили, как то и положено порядочным женщинам. Удалились в спальни, желанные, деланно прикрывая маленькими ладошками сочные рты, но веселье только набирает силу.
Нынешние люди намного крепче потомков, мои современники давно бы запивали фестал минеральной водой, эти же, как заведенные, поглощают жареное, печеное и вареное мясо, птицу и рыбу, запивая фонтанами вина. Сидящий за спиной громадный пес неизвестной породы требовательно тычется носом в поясницу, я охотно сую ему добрый кусок мяса размером с пару кулаков. Да и что мне в той породе? Еще и у собак будем допытываться, арийцы они или, допустим, киммерийцы.
С такими крокодильими зубами, медвежьими лапами, мрачно горящими прожекторами глаз и мощным костяком зверь будет смотреться истинным мужчиной в любом собачьем обществе. Именно так произошли рыцари, выдвинувшись из самых смелых и крепких воинов, а уж потом, построив замки и разбогатев, набрались хороших манер. Правда, не все их соблюдают, но это уже вопрос воспитания.
Владетели обширных богатых земель и родословных, которые тянутся от римских цезарей, все эти герцоги, графы и бароны затевают пышные пиры и рыцарские турниры не только для того, чтоб похвалиться мощью и богатством, не только! Бедные рыцари и дворяне, неделями пирующие за столом вельможи, невольно набираются хороших манер. Часами слушают песни менестрелей, где восхваляются рыцарские честь и достоинство, верность данному слову и куртуазное отношение к дамам. Вдобавок с семи лет принято отдавать сыновей в услужение к сеньорам: повертевшись десяток лет в качестве пажа, а затем оруженосца, благородный юноша прекрасно усваивает суть и дух рыцарства. Вы же не думали, что рыцари появились сами по себе? Отнюдь, это вопрос многовековой селекции, которая последовательно и успешно проводилась самыми мудрыми и просвещенными из владык.