- Я тебя не оскорбляла, между прочим, - обиделась вдруг Карен, даже глаза заблестели. – Считай что надоел. Завтра он уезжает, и мы можем попробовать сбежать. Но мне нужно понимать, если я помогу тебе, то твои нас примут? И как они нас примут?
- А че б не принять при таком раскладе? Только доверять никто не будет, - усмехнулся охотник, отпивая принесенную, свежую теперь, воду. - Стой, че за «нас»? Ты не одна линять намылилась?
- Саша, Тайрис – без их помощи мы не уйдем, а они как раз дежурить завтра будут. И мой сын, - опустила глаза женщина.
- Нехилая компания, - скривился реднек, тайком осматривая женщину, у которой оказывается и дети имелись. – И какого хрена вы вдруг собрались валить отсюда?
- Это имеет значение? Я предлагаю тебе свободу, - удивленно вгляделась в лицо пленника дамочка.
- Нахрен мне твоя свобода, если вы чето там задумали не то, - хмыкнул Дэрил. – Привести в тюрьму людей, которые ее по камешку разобрать Одноглазому помогут? Да щас!
- Ладно. Я объясню. Ты имеешь право это знать. Я просто пытаюсь спасти сына, которого здесь превращают в бездушную машину для убийства или пушечное мясо – уж как повезет. Но мне не нравятся оба варианта. Того, кто говорит что-то против – убивают. На днях был первый случай и огласке его не предали. Но забыть я этого не могу. Как и Тайрис с Сашей. Им здесь не нравится, и они предпочитают вернуться к вам. Они мне много рассказывали о тюрьме и о ваших людях, которых там встретили. Вы им показались нормальными. И я готова рискнуть ради сына, здесь для него будущего точно нет, - печальный и звонкий голос женщины, то понижаясь до шепота, то повышаясь до крика, раздавался в полутемном, освещенном лишь фонариком, подвале. – Мы все готовы рискнуть. Но нам нужен ты. Без тебя нас не примут, да и тебя я здесь оставить не смогу. Ты… Это неправильно, то, как с тобой обращаются тут.
- Ну и че я должен делать? – настороженно поинтересовался охотник, все еще не особо веря во все сказанное.
- Ничего. Мы зайдем за тобой вечером – уходить лучше в темноте. Просто будь готов. Завтра днем еще увидимся, и тогда я точно скажу, получается у нас или нет, - взволнованно улыбнулась Карен какой-то беспомощной улыбкой.
Проследив за тем, как дамочка забирает свой фонарик и оружие у выхода и тихо запирает за собой дверь, Дэрил облокотился о холодную стену и прикрыл глаза. Врет эта Карен или говорит правду, угадать невозможно. Отказываться от шанса свалить – глупо. А в тюрьме они уж как-нибудь справятся с двумя девицами, пацаном и этим увальнем в дурацкой шапочке – доверять им точно никто не собирался. Главное теперь, чтобы мечты этой чернявой леди не оказались идиотскими фантазиями, и у них действительно был шанс сбежать. И вернуться. Домой.
***
Бродя по разгромленному блоку, Мишонн упорно пыталась придумать хоть какой-то выход из сложившейся ситуации. Она была готова забросить идею с вызволением Дэрила и сиюминутной местью Губернатору, но прекрасно понимала, что ей никто сейчас не поверит и рисковать не станет. Но и сидеть тут неизвестно сколько дней или вообще всегда наедине с Диксоном было выше ее сил. Попытаться достать катаной того, кто первый к ним придет? Ну так ведь они тоже совсем не дураки, так подставляться не станут. Поговорить и убедить? Вот в чем-чем, а в своем умении заговаривать зубы и быть искусным дипломатом она сомневалась.
- Блин, шоколадка, меня щас стошнит от твоего мельтешения по кругу, - буркнул реднек, впервые за последние несколько часов осмысленно посмотрев на подругу. – Беготней делу не поможешь.
- А чем поможешь? – заинтересованно спросила Мишонн, замирая.
Может быть, Диксон не от расстройства и ярости сидел все это время и только молча пыхтел, сжимая единственный кулак и бормоча под нос проклятья, адресованные, судя по экспрессивности, всем оставшимся выжившим? Может быть, она зря о нем так плохо думала, даже жалея немного? Вдруг он какой-то гениальный план по их вызволению составлял? И уже что-то придумал. В конце концов, каким бы противным порой Мэрл не был, в смекалке ему не откажешь. Да и надежный он. Для своих.
- Знал бы, уже б чето сделал, - недовольно покосился в сторону коридора реднек. – Слышь, прется кто-то. Позырь, вдруг это кто из баб тут прогуляться решил или очкарик тараканов на ужин собирает? Вот с этими можно договориться, они ж жалостливые типа.
Но, к сожалению, никто из группы так далеко в тюремные коридоры не ходил – незачем было, да и опасность все еще существовала. Приблизившись к решетке, Мишонн молча смотрела на не поднимающего глаза Глена, который торопливо сунул в проем несколько бутылок с водой и сухпаек. Следом за этим он запихнул в отверстие два одеяла и отшатнулся, брезгливо оттирая с лица плевок, щедро подаренный ему приблизившимся к двери Диксоном.
- Я вам вообще-то вещи принес, - поджал губы азиат и отошел подальше. - Если нужно что-то еще, говорите. Мишонн, я все принесу. Вы не пленники, понимаете? Это все для вашей же безопасности. Вы же наши… друзья.
Последнее слово парню далось явно с трудом, учитывая его отношение к Мэрлу. Но, видимо, Рик передавал ему именно такие слова и Глен не решился ослушаться. А может быть, он и сам, ощущая вину перед товарищами, решил пойти на мировую.
- Ну, давай, китайчик, записывай: пару баб посговорчивей, виски хороший, сигару, несколько журналов поинтересней. И самое главное – брата моего, понял, урод?! – вцепился пальцами в прутья решетки Диксон, заставляя азиата отшатнуться еще дальше.
- Одеял мало, - сухо сказала Мишонн в ответ на переведенный на нее вопросительный взгляд парня. – Если есть что почитать – не откажусь. И подумайте еще раз. Сидя здесь, мы вам не поможем, случись что. А просидев здесь долго… Сам понимаешь.
- Другого выхода мы пока не видим. Извини, - пожал плечами Глен, собираясь уходить. – Одеяла поищем и книжку тоже. Ах да, вот еще, ну, я не знаю нужно вам или нет. Я так и не понял. Ну, в общем вот. До завтра.
Машинально поймав брошенную издалека коробочку, Мишонн изумленно уставилась на этикетку, которая предлагала им защиту от всего и сразу. К сожалению, Мэрл тоже заметил подарочек, оторванный от сердца любвеобильного азиата, и хмыкнул, вырывая упаковку из рук подруги и суя ее в карман.
- Позаботились, блин, - процедил он и покосился на самурайку. – Не, ну а че? Все равно делать нефиг, а так хоть как-то разнообразим свои посиделки тут. Че скажешь, крохотуля? Кстати, как ты думаешь, они планируют подглядывать или подслушивать из-за угла? А то чето подозрительная какая-то забота.
- Отвали, - отшатнулась от протянутой к ней руки Мишонн и, подхватив одно из одеял, нырнула в ближайшую камеру, устраиваясь на койке.
Со всеми этими волнениями она совсем не подумала о том, что терпеть ей придется не только наглую рожу Мэрла и его идиотские шуточки, но еще и приставания, к которым он и правда от скуки мог перейти. Может быть, попросить, чтобы ее заперли в отдельном блоке? Или вообще в камере, как Мартинеса? Уж лучше так, чем постоянно спать вполглаза, думая только о том, что похотливый реднек вот-вот полезет ей под одежду.
***
Ночь в блоке, который находился недалеко от разрушенного участка тюрьмы, оказалась слишком холодной. Сквозняк проникал в каждую щель и заставлял Мишонн дрожать от холода даже под одеялом, которое, впрочем, особой плотностью не отличалось. Она даже задумалась о том, чтобы помимо обещанных еще Гленом вещей, и правда, в унисон с Диксоном выпивку попросить – все равно в таком холоде не заснуть, а напившись, она, может, хотя бы отключится. Да и теплей станет.
- Че, тоже мерзнешь? – появился в проеме двери Мэрл, хоть не вспоминай о нем. – Может того… все же согреем друг друга, цыпа? Ну че ты, блин, ломаешься, как будто малолетка какая-то.
- Мне не холодно. Дай поспать, а? – пробормотала она в надежде, что мужчина уйдет.
- Ага, не холодно ей, а нос у тебя всегда во сне трясется? И зубы стучат от сновидений, небось, да? – плюхнулся на ее койку реднек, и протянул руку к коленке женщины. – Ну, блин, сколько можно. Да не по бабам ты, не придуривайся. И я не последний урод на земле, че бы ты ни говорила. Ну, так чего не хошь?