- Ну? – Он стрельнул по нам недовольным взглядом, и буркнул с вызовом так, со злостью. - Вы кто? Быстрее говорите, дела у меня.
- Дела твои, Васек, подождут, потому как это у нас дела, - мальчик-медведь обвел лапой-рукой пришедших с ним, как бы поясняя о ком он говорит, - Именно у нас, у тех, кого закинули волшебством к этой вот негостеприимной двери, кому облик поменяли, ради встречи с тобой, а у тебя Васек нет дел. Нет их Васек. У тебя, Васек, одни игрульки. Но дела, эти самые, я тебе обещаю, ох какие интересные дела нас ждут. – С каждым словом медведь все ближе и ближе подходил, нависая над все больше и больше пугающемуся такому напору мальчику.
- Ага, - Рявкнул волк, соглашаясь. – Дела у него! Я тут стою, понимаешь, голодный весь такой, с зайцем рядом, между прочем стою, а съесть не могу, - он обернулся в мою сторону и хищно облизнулся. У меня, у зайца, мурашки побежали от его взгляда, здоровые такие мурашки, мурашищи, и забегали так быстро-быстро, а потом под хвостом спрятались. - А у него дела понимаешь.
- Ты, Васенька, не бойся, они только с виду злые такие, на самом то деле они еще злее. Не знаешь ты их просто. – Ласково проворковала девочка-лиса, нежно так, улыбаясь. Но мурашки у меня вновь от ее голоса ожили, быстренько так, в виде тренировки, пробежали кружочек по спине, и вновь в старое, насиженное место вернулись, затаились до времени, неприятно так затаились, щемяще.
- Поговорить бы? – Дрогнул голосом я. А? – И с мольбой во взгляде, даже можно сказать с нежной такой мольбой, посмотрел мальчонке в глаза. И представляете, напугал. Вот ведь, не думал никогда, что у меня такой страшный взгляд. Вася как-то вдруг весь побледнел, присел, привстал, затем снова присел, ватер рукавом всхлипнувший нос, и брызнул во весь голос слезами:
- Дедаааа!!!!
- Это, что это там происходит такое? -Прозвучал из глубины квартиры злой рык, и следом выкатился дедок, бодро так выкатился, сверкающе лысиной выкатился. Маленький такой, злющий, видимо побеспокоили его не вовремя, от дел важных оторвали.
- Это ты и есть тот самый, хулиганистый дед? –Медведь ну совсем не впечатлился такому появлению и навалился на пришедшего всем своим страшным видом. -А ну, посох сюда давай, шалопай великовозрастный!
- Чавой? – Как-то внезапно сдулся дедок. – Какой такой посох? Вы что себе позволяете, молодые люди? Как со старым человеком разговариваете? -И вновь надулся.
- Не юли, старый! – Зарычал волк. – Натворили с внучком дел, а теперь: «Какой такой?». Посох гони, за ним мы пришли. И побыстрее давай, некогда нам, крокодила выгонять пора, а мы тут с тобой голодные стоим, разговариваем.
- Крокодила? А вы кто? – Он опять сдулся, вот ведь шарик воздушный. – Ничего не понимаю.
- А что тут понимать? Посохом махали? Махали. Крокодила оживляли? Оживляли. В лес к нам закидывали? Закидывали. - Лиса методично загибала пальцы. Пора исправлять баловство свое. А что до нас, так я вот лиса, тот - злой который, то волк, хулиганистым тебя медведь обозвал, а молчит и трясется весь, это заяц. Дед Мороз нас сюда в облике человеческом закинул, специально за посохом, да и внуком твоим, приколдовывать будет. Васе шубу с валенками подай, холодно ему в лесу с непривычки будет, да посох сюда неси, не твой он, не по праву завладел, а нам пора возвращаться, загостились.
- Может им поподробнее объяснить? – Я смотрел на удивленные блюдца испуганных глаз и упавшие на пузо подбородки. В ответ медведь одобрительно махнул лапой-рукой мол: «давай, начинай, я не против.» Быстренько, минут за пятнадцать, рассказав, застывшим в изумлении родственникам все, что произошло сначала у них, потом у нас, и добившись понимания и осознания, подвел итог, что пора в лес возвращаться с посохом и Васей.
- Так. – Дед почесал бритый подбородок, потом, лысую голову, потом снова подбородок и крякнул. Ага, крякнул, по-другому не назовешь сорвавшийся с его губ звук. –Значит так. – т заговорил наконец то уверенным голосом. –Сейчас мы идем на кухню, чаю попьем, и все обсудим. И не возражайте! – Остановил он пытавшегося что-то возразить волка. – Это там, у себя, в лесу вы страшные и злобные, а здесь милые и ласковые детки, а потому слушайтесь старшего. Раздевайтесь.
За столом, Медведь пригрозил мне оторвать уши, если я посмею съесть хоть еще одну «Мишку на севере», Лиса трескала одну за другой конфеты «Птичье молоко». Куда только в нее столько помещается? Волк лакал из чашки молоко, от чая и сладостей категорически отказался, не нравится ему видите ли горячее и сладкое. Телевизор, напротив, играл Новогоднюю программу, сворачивая трубочкой наши уши от голосов популярных звезд, и того бреда, и непотребства, называемого Новогодней программой что лилась с голубого экрана. Дед, крякая, чесал свои голову и подбородок, активно размышляя, причмокивал из чашки, ну а Вася испуганно посматривал на всех нас, не смея говорить, в присутствии столь авторитетных товарищей.