К воротам капища не вело никакой дороги, поэтому княжна с лешим шли прямо через поляну, оставляя за собой широкий след в высокой траве. На середине пути леший вдруг остановился.
- Всё, княжна, дальше мне нельзя. Чую, как давить что-то начинает, словно ветер в грудь бьёт.
- А я ни чего такого не чувствую, - Марьяна тоже остановилась.
- Ну, значит, тебе можно, - обрадовался Мох. - Видишь, как всё складывается. Капище признало тебя и, стало быть, всё будет ладно. Тебе нечего бояться. А я тебя тута подожду.
Марьяна кивнула и пошла дальше одна. Леший сунул в рот сорванную травинку, присел на корточки и стал смотреть вслед идущей к капищу девушке.
Марьяна медленно приближалась к воротам капища. Вдруг она почувствовала под ногами что-то твердое. Девушка остановилась и, раздвинув траву, вгляделась под ноги. Под травяным ковром угадывались хорошо подогнанные друг к другу камни. "Значит, раньше к капищу вела мощёная дорога, но с тех пор, как по ней перестали ходить, она заросла травой" - подумала княжна.
Ворота капища приближались.
Подойдя к ним в плотную девушка остановилась и задрала голову. Где-то высоко над её головой распростёрла свои рога голова лося, украшающая конёк крыши. Сами ворота напоминали размерами городские ворота Китежа. Широкие тяжёлые створки высились в нескольких саженях над головой девушки. Под ними свободно мог проехать всадник с поднятым над головой копьём и даже не задеть верхнюю балку - так высоки были эти ворота.
Площадка перед самыми воротами оказалась выложена плоскими камнями и была свободна от травы. На уровне лица девушки, на обеих створках, к воротам были приделаны два больших бронзовых кольца, позеленевших от старости.
Марьяна попыталась прочитать вырезанные на деревянных досках ворот древние руны, но это ей не удалось. Видать этот язык был очень древним, хотя некоторые отдельные руны девушка узнала. Вот только сложить их в слова она так и не смогла. Одно только поняла Марьяна, что руны эти являются частью древних чар, наложенных на ворота и охраняющих вход в капище от всех чужих, возжелавших войти внутрь.
Марьяна погладила рукой по старому дереву. Ладонью почувствовала, как от доски исходит тепло, словно она прикоснулась не к мёртвому дереву, а к живому человеку. Капище действительно обладало огромной волшебной силой. А может, это просто древнее строение приветствовало потомка своих строителей, ведь не может же быть дерево таким тёплым?
Княжна не знала.
Марьяна просто, вдруг поняла, что ей не запрещено открыть эти ворота. Древние силы пропустят её. Ещё немного постояв перед воротами, девушка решительно взялась за бронзовое кольцо створки ворот. Потянула её на себя и створка поддалась. Сначала неохотно, но всё же тяжелая деревянная дверь сдвинулась с места, открыв княжне проход во внутрь капища.
Она не стала распахивать ворота слишком широко. Ей было достаточно узкой щелочки, чтобы проскользнуть внутрь, и княжна смело переступила через порог. Внутри капища было темно. По крайней мере, ей так показалось, когда она шагнула внутрь строения после яркого света.
Чтобы хоть как-то привыкнуть к темноте, Марьяна немного постояла на пороге. Постепенно её глаза стали различать в сумраке какие-то очертания и тогда, девушка сделала ещё один шаг. И тут же вздрогнула от неожиданности.
Раздался тихий мелодичный звон, словно где-то неподалёку зазвенел колокольчик. Раздался и тут же затих. Однако ничего страшного не произошло. Возможно, древнее капище действительно, таким образом, опознала родную кровь? Ну, тогда бояться и вовсе нечего! Княжна тряхнула головой, закинула косу за спину и решительно ступила на каменный пол капища.
Внутри капища, к удивлению девушки, было вовсе не так уж и темно, как ей показалось вначале. Сквозь небольшие отверстия в крыше пробивались лучи света, которые наискось освещали стоящие вдоль стен величественные, искусно вырезанные из цельных стволов дерева, статуи богов и богинь. И по началу девушка приняла их за живых людей исполинского роста, охранявших капище от посторонних.
Но потом Марьяна поняла, что это именно статуи богов, потому что очень похожие статуи стояли и в китежском капище на другом берегу Светлояра. Только статуи стоящие в этом древнем капище были не только сделаны столь искусно, что казались живыми, они ещё и были огромны. Достигали почти до самой крыши этого не маленького сооружения и словно колонны огромного зала, подпирали её своими головами.
К новому удивлению княжны в капище не было ни единой соринки или листка дерева, которые должны были бы накопиться за долгие века, попадая внутрь, через отверстия в крыше. Ни каких следов того, что ненастья или какое либо зверьё или птицы вообще тревожили тех, кто стоял вдоль стен. Не было даже ни единой паутины, которая могла свешиваться с балок огромной крыши. Внутри капища было сухо и тепло. И даже сквозняк, который непременно должен был возникнуть, когда Марьяна открыла ворота, не потревожил ни пылинки на каменном полу. Да и сам каменный пол капища был настолько чист, словно его недавно кто-то подмёл веником.