- Олька!- Марьяна ворвалась в горницу и бросилась на шею варягу. – Ты что так долго там гостил? Я уж извелась вся. Привет, тяту. - Ну ладно, - Ярослав хлопнул по подлокотникам кресла и встал. – Не буду вам мешать. Вижу, хотите побыть наедине. А я пока пойду, распоряжусь на счёт твоих воинов, Ольгерд. Ярослав потрепал дочь по непослушной чёлке и вышел, слегка пригнувшись, в дверь. - Каких воинов? – Марьяна подняла глаза на любимого. Ольгерд был статным молодцем. Но, будучи почти на голову выше Марьяны, всё же был немного худощав. Тем не менее, витязь был крепок и силён. Старше Марьяны всего на два года, он уже считался вполне зрелым и опытным воином. Не раз бывал с малой дружиной в приграничье, когда туда наведывались в набег прислужники Мрака, и имел уже достаточно стычек кровавых за плечами. У юноши были густые, цвета спелой соломы волосы и серые, как у Ярослава, глаза. На волевом подбородке уже вовсю росла, хоть и редкая, борода да усы. Его можно было бы назвать красавцем, если бы не многочисленные мелкие оспинки на его лице. Это были следы того мора, что унёс много жизней в городе. Ольгерду тогда повезло, он выжил, но вот следы на лице остались. Правда, Марьяне не было дела до внешности своего милого. Не за это она его любила. Более нежного и преданного друга у неё не было. Нет, конечно, Тишок с Мизгирём тоже её друзья, но они как младшие братья. А Ольгерд…. За ним она как за крепкой стеной, ничего не боится. С ним хорошо. Ну, ещё отца она тоже любит так же сильно, да дядьку Ратибора, но то – отец и родич. И теперь её любимый обнимал её за плечи и нежно смотрел в глаза. - А! Что? – очнулся Ольгерд, вынырнув из глубины глаз своей любимой. - Про каких, спрашиваю, воинов отец говорил? - А. Так, они ж со мной пришли. Мне дядька Сигурд драккар дал. На нашу свадьбу дарит его. Ну и семь десятков воинов, кто захотел со мной пошли. Князю нашему теперь служить будут. А я их сотник теперь. - Правда? – Марьяна прижалась к варягу, положив ему на грудь голову. Ольгерд прижался щекой к её волосам и закрыл глаза. Так он и стоял, прижав к себе девушку и вдыхая аромат её волос. Незаметно для него самого, его руки спустились сперва на талию девушки, а потом, видно решив проявить самостоятельность, скользнули ниже к упругим девичьим ягодицам. - Ты чего это удумал, а? – Марьяна резко отпрянула от него и, уперев руки в бока, склонила голову, сверкнув на Ольгерда синими глазами. - Марьян. Дак, мы всё равно ж скоро поженимся. Чего ты? - Вот когда поженимся, тогда и будешь руки свои распускать, - Марьяна ткнула пальцем в грудь юноши.- А пока, терпи. Негоже раньше времени…счастья, говорят, не будет. - Да ладно, потерплю уж. - Вот и терпи, витязь, - констатировала девушка, и, сморщив свой носик, всё же не удержавшись, высунула язык, стремясь подразнить любимого. - Ты так смешно закраснелся, прям как девица. - Ах ты, - варяг попытался схватить Марьяну, но та увернулась. - А ты чего такая мокрая-то?- спохватился Ольгерд. Когда девушку обнимал, до него не сразу и дошло, что она в сыром платье да с мокрыми волосами, так соскучился по любимой. - А! Так мы ж с мальчишками рыбу поймали. Совсем забыла. Вот такая рыбина, представляешь? Хвостом меня в воду скинула. Чуть не утопла. Марьяна развела руки, чтоб показать Ольгерду каких размеров достигала пойманная рыба. Ольгерд недоверчиво мотнул головой. - Да ну? - Да! Я ж прямо с берега. Мне Посташка как сообщил, так я сразу сюда бежать, даже переодеться не успела. - Ты спешила меня увидеть? - Вот ещё, - Марьяна надула губки и, отвернувшись, скрестила на груди руки. – Нужно мне видеть, такого, который сразу руки, куда нельзя протягивает. Отцу бежала сообщить. - Марьяш, ну ты что, в самом-то деле? Сердишься?- Ольгерд привлёк девушку к себе. – Ты же знаешь, что я ничего такого…. Я ж люблю тебя. - Знаю, - Марьяна прижалась к нему и потёрлась щекой. - Я соскучилась. - Я тоже по тебе скучал. - Только рукам своим воли не давай больше, ладно? А то обижусь,- девушка вновь посмотрела на Ольгерда, слегка приподняв красиво изогнутую бровь. - А давай хотя бы поцелуемся? - Ты что? Очумел?- Марьяна чуть дар речи потеряла. - Да и увидит вдруг кто, вот сраму-то будет. Нельзя же нам пока. - Да кто увидит-то? Марьяна огляделась вокруг. Кроме них в горнице никого не было, но вдруг домовой кого принёс, а они и не заметили. - Ну, нет же никого. Сама видишь, - Ольгерд развёл руки в стороны. - А боги-то видят же. - Да нечто они прогневаются? Им же только в радость, что молодые любят друг друга. Да и осталось-то до свадьбы, всего ничего. Ну не проклянут же они нас, за один-то поцелуй! - А ты умеешь? - Ну…, нет. Но я видел, как целуются. Несмотря на то, что витязь уже считался взрослым мужем, он действительно не умел целоваться. Да и не пытался научиться, считая, что само придёт. Хотя, будучи у родичей, ему выпадала возможность познать радость женщины. У варягов с этим проще было, да и дядька Сигурд наме