Цвета она, как и журавль, под шеей у нее зоб, вмещающий около кварты воды. Наполнив зоб водой, Сака летит в пустыню и выливает воду в углубление на поверхности какой-либо скалы. Затем затаивается и нападает на птиц, прилетающих напиться. Через аравийскую пустыню, где живут и охотятся эти птицы, неверные ходят ко гробу Магомета.
Особенно же большое скопление народа бывало возле львятника, загороженного густой и высокой железной решеткой.
Ночью мне снились аисты, убивающие змей, и львы, бегающие по улицам Старого Вавилона.
Утром я сел за стол и снова вспомнил поле под Никополем и нас, три сотни оставленных в живых крестоносцев, — мальчишек и юношей, ожидающих решения своей участи.
Я сел к столу, написал: «Глава вторая», и затем аккуратно вывел: «Каким образом турецкий король обходился с пленными».
Я вспомнил, как Баязид уехал с поля побоища, и турки бросились отбирать рабов себе, султану и его приближенным.
Я вздохнул и написал: «Так я достался на долю короля. Считали, что в этот день было убито до десяти тысяч человек. Пленников своих Баязид отправил в Грецию, в главный город Адрианополь, где мы находились пятнадцать дней. Затем повели нас к приморскому городу Галлиполи, где турки переправляются через Великое море. Там мы, числом триста человек, лежали в башне два месяца. Наверху этой башни находился герцог Бургундский с теми, коих он спас от смерти».
Я вспомнил тьму и смрад нашей тюрьмы, стоны раненых, гнилую воду и вонючие куски рыбы, которой нас иногда кормили… Мы мечтали о луче солнца и глотке свежего воздуха, но нас никуда не выпускали. И вдруг однажды, совершенно неожиданно, спешно погнали во двор нашей тюрьмы, а оттуда на берег моря.
Там нас выстроили в один ряд и приказали встать лицом к морю. Вскоре в проливе Дарданелл появился большой военный корабль. На его самой высокой мачте развевался красный флаг с белым крестом посередине. Красные мантии с белым крестом носили госпитальеры — рыцари ордена святого Иоанна, стало быть, и корабль принадлежал им.
Мне показалось, что среди людей, стоящих на носу корабля, я различил рыжеволосого короля Зигмунда и черноголового сутулого рыцаря — великого магистра ордена госпитальеров Филибера де Мальяк.
Увидя корабль, турки закричали что-то насмешливо и задорно. Те из нас, кто немного понимал по-турецки, объяснили, что мимо Галлиполи плывет король Зигмунд, а турки дразнят его и, обзывая трусом, зовут пристать к берегу, чтобы он освободил своих пленных.
Мы видели, как из порта Галлиполи наперерез кораблю вышли две высокие двухпалубные галеры, как по бортам галер встали лучники и пращники, как под веслами гребцов-каторжан закипела вода, но что они могли поделать с пятимачтовым «Когти», у которого против луков были пушки. «Когти» ушел из виду, пальнув для острастки всего один раз…
И я вспомнил дальнейшее. Вспомнил, как из Галлиполи меня и многих моих товарищей затем перегнали в Бурсу — главный город Баязида, как служил я здесь скороходом и чуть ли не шесть лет рядом с другими моими сверстниками бегал впереди процессий, окружавших выезды султана. В этом качестве полу-гончей, полу-человека я принимал участие и во всех его походах…
А было их семь, и я прошел с султаном и его военачальниками всю страну, ему принадлежавшую и расположенную между Дунаем и морем. А кроме того побывал и в других странах, но об этом расскажу в свое время в подходящем для того месте.
Город Бурса, или Брусса, очень велик. Мне говорили, что в нем двести тысяч домов. Есть в нем и восемь госпиталей, где без различия принимают убогих, будь то христиане, язычники или евреи. К Бруссе относится триста замков и город Эфес с гробницей Иоанна Богослова. Эфес лежит в плодородной долине Айдин, которую туземцы называют «Хагиос».
Затем я посетил плодородную страну Магнезию, которая у турок называется Манисса и лежит на реке Герме у горы Синил и город Дегнисли в области Сарухан, где плоды с деревьев собираются два раза в год. Есть еще город Кютайя, лежащий на высокой горе, в плодородной области Керминои. Я также был в Севастии, бывшей столице королевства, и в городе Самсун, который лежит на Черном море в плодородной стране Джаник. Все эти города, в коих я был, принадлежат Турции.
Затем есть страна Синоп, где сеют только просо и из него пекут хлеб.
На Черном море лежит также королевство Трапезунт, страна закрытая и изобилующая виноградом, недалеко от города Керасун, который турки называют Гересун. Именно там я и услышал историю о волшебном замке, охраняемом ястребом, но, как известно, не смог посетить замок, хотя и хотел этого.