– Бежать? Я сроду ни от кого не бежал, юная леди. Я один из немногих, кто побывал на Запретном острове и смог оттуда вернуться, – по-армейски отчеканил тот. – И сейчас я тем более убегать не намерен. Мой долг защитить вас от большой беды.
– Беда? Вы террорист? У вас бомба? – не желала отставать Лена.
– Бомба? – похититель явно находился в замешательстве, однако взял себя в руки, сел на корточки перед Леной и уставился ей прямо в глаза. – Умоляю вас, – сказал он чужим голосом, от которого девочка вздрогнула, – отдайте его мне.
– Отдать? Но что? У меня ничего нет, – Лена решила пойти в ва-банк и сама наклонилась к нему. – Что вы хотите мне сказать?
– Вам многое неведомо, и поэтому вы так спокойны, – мужчина с грустью покачал головой. – Если бы вы только знали, что способно вызвать ваше появление... Мне нужно навсегда разделить наши миры. Отдайте его мне, и я отпущу вас.
– Я ничего не смогу дать, если не буду знать, что это, – заявила Лена, понимая, что играет с огнем.
Актерское чутье подсказывало ей, что мужчина чего-то недоговаривал. В то же время, у нее не было ощущения, что тот говорил неправду.
– Отдайте, – упрямо, совсем как ребенок, повторил незнакомец. – Дайте мне то, что соединяет наши миры. То, что всегда с вами. Ваш... –похититель замолк на полуслове и медленно осел на пол.
Лена сильнее вжалась в стул и зажмурила глаза.
– Ты в порядке? – спросил знакомый голос.
Он был совсем не похож на до ужаса спокойный и гипнотизирующий голос похитителя, напротив, в нем чувствовалось волнение, вернувшее ее к действительности.
Лена нерешительно открыла глаза. На полу распластался преступник, а над ним стоял тоненький темноволосый мальчик с покрасневшим лицом и сбившимся дыханием. Он принял позу готового отбить мяч игрока в крикет, но вместо биты двумя руками держал полицейскую дубинку. Глеб еще раз посмотрел на не подающего признаков жизни бандита и медленно перевел взгляд на Лену.
– С тобой все в порядке? – повторил он.
– Да, все хорошо, – с трудом ответила Лена.
– Нужно идти, пока он не очнулся, – Глеб подал ей руку.
Лена ухватилась за нее так, словно это была ее единственная возможность вырваться из этого кошмара.
– Можешь идти? – засомневался Глеб.
– Да, сказала же, что все в порядке, – Лена дрожала от перенесенного шока, но даже в эту минуту она помнила, что была актрисой и играла самую важную роль в своей жизни.
Игра еще не была закончена.
Снаружи доносился голос из мегафона, призывавший преступника отпустить заложницу и сдаться.
– Он запер дверь, – вспомнила Лена.
– Тогда выйдем другим путем, – все еще держа ее за руку, Глеб направился вдоль разбросанных стульев к темнеющему невдалеке дверному проему и тоннелю, за которыми их ждало спасение.
Лена в последний раз бросила взгляд через плечо на похитителя, спокойннейше лежавшего в той же нелепой позе.
На улице уже смеркалось. На парковке было пусто подобно тому, когда Глеб только пришел сюда, чтобы вызволить Лену. Рука об руку они обогнули безлюдный сторожевой пост и направились к главному входу. За это время ни один не проронил ни слова. Глеб чувствовал постепенно слабеющую дрожь в руке Лены, а Лена ощущала тепло, которое ей передавалось по руке Глеба. Оба непонятным образом хотели, чтобы это продолжалось как можно дольше, но стоило им выйти из-за угла на дорогу, откуда был виден главный вход в аэропорт, как они остановились как вкопанные.
Если всего каких-то полтора часа назад к стеклянному входу подъезжали вереницы машин, выплевывая и затем поглощая нескончаемые потоки людей, то сейчас обстановка перед аэропортом преобразилась до неузнаваемости – главная трасса и прилегающая к ней местность были оцеплены кордоном из полицейских машин, образовывающими полукруг. Среди них то и дело проносились стражи порядка, сотрудники скорой помощи и непонятно откуда взявшиеся пожарные. В самом центре полукруга стоял майор Потанин с мегафоном в руках и в очередной раз приказывал преступнику сдаться или хотя бы отпустить заложницу. Немного поодаль, за полицейским оцеплением, толпились перемешавшиеся в пеструю массу бывшие пассажиры и простые зеваки.
Глеб попытался было отыскать глазами Ирину, но все было тщетно. Вместо этого он увидел репортеров нескольких известных телеканалов, энергично выступавших перед камерами. Заметил он и автобус спецназа, остановившийся около полицейских машин, и выходивших оттуда бойцов. Похоже, операция по освобождению должна была начаться с минуты на минуту.