Антарктический буер дал зал и на этот раз точно накрыл бункер — два разряда попали в переднюю стенку бункера, а три на крышу. С треском погас свет, выключились приборы наведения, отключилась вентиляция. Только Смирнов и Ирина, увлеченные боем расстреливали окапывающихся киборгов.
— Хватит! — неожиданно закричал казанец, — они нас сейчас расстреляют!
— Да ты, что! — оглянулся на него раскрасневшийся отбоя Смирнов, — мы их скоро перебьем всех!
— Хватит! — казанец стал оттаскивать Ирину от амбразуры, — надо сделать вид, что мы уничтожены, и они уйдут!
— Да на хрен это надо!? — закричал на него Смирнов.
— Иначе этот буер нас расстреляет! — казанец попытался выхватить винтовку из рук Смирнова.
— Так и пусть стреляет! — выкрикнула Ирина.
Новый залп буера пришелся по бункеру — маскировка уже не работала, так же как и ловушки. Да и Антарктиды хорошо пристрелялись.
— Но он уничтожит весь бункер! — казанец упал на колени и подпол к Ирине, — не надо! Если бункер погибнет, то погибнем и мы! Этот бункер наш вечный дом! Смилуйся над ним!
— Да с чего ты это взял, — Смирнов дал длинную очередь по цепи киборгов, — свалим и пробьемся к своим.
— Нет! — заорал казанец, — бункер для меня как живой! Я не могу!
Он переполз к Смирнову и стал хватать его за ноги.
— Да отвяжись ты! — Смирнов лягнул казанца, — давай воевать лучше!
— Нет! — убивался на полу казанский вояка, — я боюсь открытого пространства! Я просидел в этом бункере семь лет! Я знаю его каждый уголок! Если он будет разбит, то и я долго не протяну!
— Чего это он? — обратилась Ирина к Смирнову.
— Походу он сбрендил, — заключил бывший рабочий и посмотрел в панораму прицела.
— Так что нам делать-то? — снова спросила Ирина.
— А черт его знает, — Смирнов щелчком вставил в винтовку новую батарею.
— Не надо, хватит воевать! — казанец валялся на полу и бился головой в пол, — хватит! Вы покрыли себя славой, спасите для меня бункер! Он должен жить!
Видя, что бункер больше не стреляет буер, замедлил ход и дал еще зал. Бункер вздрогнул, но качественный бетон нигде даже не осыпался. Правда, залп буера вызвал новый приступ истерии казанца:
— Хватит! Хвати! Хватит! — он стал бросаться на стены и пытаться поддержать их. Поддержать от падения.
— Да, — присвистнул Смирнов, — послал боженька помощника, — как в драку так припадок.
— Может ему укол сделать, — предложила Ирина.
— А можно и водки дать, — огрызнулся Смирнов.
Казанец разодрал на себе камуфляж и тихо ныл в углу.
Но Антарктиды прекратили атаку — они были слишком измотаны боем. Их буер одиночным огнем обстреливал бункер, а киборги стали вскакивать и отступать. Нескольких киборгов товарищи вытаскивали с поля боя волоком.
— Раз, два, три, а вот еще два, там один, — считал Смирнов, — плюс вот еще одного тащат. Всего двенадцать.
— Неплохо, — отозвалась Ирина, берясь за кружку с чаем, — только чай остыл.
— Ага, — автоматически отозвался Смирнов, не слушая ее, — всего двенадцать из них пятеро точно наповал, да и остальные долго не протянут.
Смирнов с грохотом захлопнул заслонки амбразур, откатил энергопушку. Электричество стало поступать исправно, включился боевой компьютер.
— Чего он пишет, — поинтересовался у Ирины Смирнов.
— А бред какой-то, — отозвалась Вострикова, — операционку надо переустанавливать. Старая слетела, наверное.
— Понятно, — Смирнов устало присел на откидное сиденье и посмотрел на лежавшего ничком казанца, — а с этим что?
— Очухается, — жестко заявила Ирина, — не первый раз.
— А может его врачам показать? — поинтересовался Смирнов, — страдает. Человек все-таки.
— Да нет, — длительная педагогическая практика негативно сказалась на человеческих качествах Ирины, — таблеточек попьет и будет в норме.
— Тогда ладно, — махнул рукой на казанца Смирнов, — пусть валяется как падаль. Главное чтобы не простыл на холодном полу.
— Авось не простынет, — Ирина усмехнулась и пошла в подсобку за резервным портативником.