Руководители подземелья помолчали.
Другой в Сером тихо пробурчал:
— Зря мы его тогда не выпустили на поверхность. К его искреннему другу…
— Правильно, — ответил Академик, — правильно, что не выпустили. Он может сделать очень и очень много. И сделает. Будьте уверены.
Он помолчал, а потом рассмеялся:
— Но каков демагог?!
Глава 7
Смирнов, Ирина и казанец жили вместе уже долго. Война постепенно стала отходить на второй план, а затем и на третий.
Проявилось это сначала в том, что темой для обсуждения стали нормы рационов, а потом и последние события в мире. Так же легко и непринужденно они умудрились забыть и о войне и об опасности грозящей этому далекому аванпосту Революции.
Ко всему привыкаешь. Тем более к постоянной, ждущей опасности. Рано или поздно психика сдается. И человек, сам того не ведая и не желая, начинает мириться с реальной угрозой. Выдуманные угрозы изжить труднее — их источник сам человек, а не его раскатанное на несколько десятилетий время.
Ирине первой надоело сидеть в тесном и душном бункере.
— Я пойду, осмотрюсь, — заявила она как-то вечером.
— Это еще куда? — встрепенулся казанец, — а если засада? Если тебя киборги подкараулят?
— А больно им это надо, — огрызнулась Ирина.
— Тогда осторожнее, — сказал ей Смирнов.
— Ты меня не учи, — Ирина захлопнула отвороты сапог, — я Вострикова! Я дочь генерала!
— Вот, вот, — тихо произнес Смирнов, — поэтому и не спеши по папиным следам.
Ирина резко обернулась и метнула на него молнийки глаз.
— Лучшее вообще сидеть тут, — казанец стал осматривать местность в боевой перископ, — зачем шляться? Здесь куда безопасней.
Ирина не обратила на его слова никакого внимания и стала собираться — взяла винтовку и походную термос-фляжку.
— Если уже так приспичило, — Смирнов с видимой натугой поднялся с койки, — если надо то я провожу.
— Фи, — Ирина перевела комбинезон в боевой режим, — если так надо, то иди. Только ко мне на пять метров не приближайся.
— Ладно, — Смирнов прикинул на вес свою винтовку, — как скажете. Ваше дело благородное, а мы сами по себе.
Ирина открыла дверь бункера и вышла.
— Я что говорю-то, — казанец подскочил к Смирнову, — если вы того не вернетесь быстро или те атаку начнут то я двери закрою. Все по инструкции. По инструкции говорю.
— Делай, как знаешь, — Смирнов пересчитал батареи в подсумке, — хочешь закрывай, а хочешь открывай. Пока.
— Пока, — отрешенно ответил казанец.
Ирина Вострикова ушла уже сравнительно далеко. Смирнов нагнал ее метрах в ста от бункера. Сухой, выбитый ветром снежный песок мерзко скрипел под ногами.
— Как несмазанная телега, — пошутил Смирнов.
Ирина не ответила.
Они прошли несколько сот метров, бункер почти скрылся из вида. Молчали.
Потом Ирина повернула к бункеру окружной дорого. Они медленно прошли через место боев. Здесь было тихо, только так и бывает на полях бывших сражений, когда рассеется последний дым. Все видимое пространство покрывали десятки, сотни, тысячи воронок. Мелких и крупных. Их было больше всего метрах в ста от бункера, с трехсот метров их становилось все меньше и меньше, а дальше были видны только редки крупные воронки от выстрелов энергопушки.
— А здесь-то как будто трактор ездил, — про себя сказал Смирнов.
Ирина неожиданно кивнула.
Они прошли еще несколько метров — стали видные неглубокие ячейки, что отрывали себе во время атаки киборги.
Они подошли ближе. Несколько десятков ячеек обозначали четкую линию, за которую киборгам удавалось пройти не часто.
Смирнов разворошил одну из ячеек и свистнул — она была вырыта неумело, грубо, замершая земля вырвана отдельными комьями.
— Они что? Руками копали? — в пустоту задал вопрос Смирнов.
Ирина прошла дальше и вдруг поскользнулась и упала. Смирнов подскочил и помог подняться. Под ногами Ирины была видна какая-то лужа темно-темно коричневого цвета.
— Кровь?! — резко спросила Вострикова.
— Похоже на то, — присмотрелся к застывшей луже Смирнов.
Ирина отошла на шаг.
— Мне холодно, — сказала она.
— И хрен этот дверь с испуга возьмет и закроет, — поддержал ее Смирнов, — пойдем — те домой.
— Хорошо, — Ирина еще раз бросила взгляд на окостеневшую на морозе кровь и побрела к бункеру.