— А невоенная часть, — насмешливо поинтересовался Второй.
— Невоенная? Полная титулатура Президента Российской Федерации, Министра бороны Российской Федерации. Это для подписи. А секретная часть — номера счетов, на которые переводить откаты с военных поставок Правительству России. Секретная часть самая информативная. И объемная.
— Ты знаешь, мне доложили, — сверился с коммуникатором Второй, — что федералы взяли телестанцию. И взорвали генератор. Но телепередача не прекращена. Телевизоры, по всей России, в автономном режиме транслируют сообщения Седова. Выключить телевизоры федералы не могут. Там применена какая-то сложная штука с модификацией внутренней архитектуры российских телевизоров. Вроде все работает как всегда, а алгоритм функционирования телевизора иной. Сигнал принимается один, а транслируется совсем иной. Телевизоры работают даже при отключенном питании. При этом функция поддержки Д-Х поля полностью уничтожена. Д-Х поле в России исчезло. Мы его инструментально не фиксируем уже несколько часов.
— Скорее всего, модификация функции поддержки Д-Х поля и позволяет телевизорам работать автономно, — предположил Другой в Сером, — если это так, то телевизоры могут работать автономно очень долго. И показывать то, что хотелось Седову.
— А чего они хоть показывают? — с интересом спросил Академик.
— В том-то дело, что ничего особенного. На первый взгляд. Идут совершенно обычные передачи. Официального телевидения. Но произвольно меняется текст сообщений. Какие-то вставки в видеоряд. Переключаешь передачу, а на экране вспыхивает «Президент России дурак». Пытаешься глушить, а там уже горит «Жаров мудило». И полный набор таких шуток. Картинки при этом появляются соответствующие. Наши электронщики уже надорвались со смеха. Иногда дикторы начинают танцевать голышом. Плеваться друг в друга, играть в снежки. Представляются так: «С вами первый самый лживый и вонючий передальный анал». В одном из эпизодов, принятых нами, милая бабушка подробно объяснила схему получения денежных откатов министром Сергеевым. В другом сообщении детский хор дружно пел: «Правительство кыш, на Запад брысь, а Президент России мышь». И такие передачи по всем федеральным каналам.
— Жестоко для виртуальной российской власти, — покачал головой Академик.
— Грамотно сработанно, очень изящное решение, — согласился Другой в Сером.
— Российская телевизионная диктатура рухнула, — тихо констатировал Второй.
Академик кивнул.
— Самая последняя информация, — Второй оперативно увеличил один из участков, — в России начались мятежи.
— Народные восстания, — поправил Академик.
— А это зависит от их результата, — усмехнулся Второй.
— Мятежники, — Второй поймал взгляд Академика и поправился, — восставшие вступили в переговоры с карантинными зонами. Они стали требовать оружие от нас. И военную помощь. Сигналы с поверхности растут лавинообразно. На контакт с нами идут лидеры различных групп. Они передают сообщения на разных частотах. Нам сложно им отвечать. Даже трудно дешифровать. Но ясно, что в России всеобщее народное восстание.
— Скоро начнутся стихийные расправы с чиновниками, ментами, судьями и работниками заготконтор, — предположил Академик.
— Уже начались, — ответил Другой в Сером, — толпы вооруженных палками, арматурой, обломками мебели стали врываться в государственные учреждения. И убивать всех. На юго-западе Москвы горит заготконтора. Остатки Российской Армии отходят к Садовому кольцу. Видимо, это последний рубеж обороны. Они примут смертельный бой там.
— Восстаний, — отметил Второй, увеличив одну из частей экрана визора, — все больше и больше. Множество электронных судей разбито. Растет число убитых ментов. Тепловизоры показывают массовые поджоги правительственных и муниципальных зданий. Идет стихийная расправа с представителями павшего режима.
— Нам пора вмешаться, — заявил Академик, — нельзя допустить стихийного буйства толпы. Надо уменьшить число жертв и масштаб разрушений. Немедленно вызывайте службу охраны покоя.