– Лайди, что?
– Я все вспомнила. Вспомнила!
Она вырвалась из его рук, сползла в серую пыль под ногами и скрючилась, обхватив голову руками.
Укол в шею вернул ее в реальность.
– Это успокаивающее, – бесстрастно сообщил Марк, убирая шприц. – Быстродействующее. Считай до десяти, сейчас станет легче.
– Марк, если бы ты знал, какой ужас там, в той лаборатории, – всхлипнув, она смогла заговорить. Он опустился рядом с ней в пыль и молчал. Совсем рядом в абсолютной тишине белыми всполохами озарялись дымные серо-зеленые стены купола.
– В той лаборатории как раз пытались искусственно вывести сверхлюдей, – продолжила Лайди, успокаиваясь. В конце концов, для нее все осталось позади. Весь тот кошмар уже в прошлом. Для нее – да. – Там женщины за деньги вынашивали детей, потом им устраивали преждевременные роды. А на недоношенных детей пытались как-то воздействовать, чтобы те изменились, – заговорила девушка монотонно. – На моей памяти не выжил никто. Но мало ли?
– Раньше я бы обязательно пообещал разобраться, – мрачно сказал Марк – Пообещал бы, что все виновные понесут наказание. А теперь уже ни в чем не уверен.
– А что, интересно, ты можешь сделать? В большинстве земных колоний жизнь человека охраняется только с момента рождения. Ускоренные роды наверняка делаются с согласия матерей. Там такие мамочки в том месте, ссыльные преступницы… А шестимесячный младенец – еще не человек. Да и потом, в этом деле все с самого верха схвачено. Раз уж и мэр далекого Нового Волочка на них работает.
– Вот и я о том же, – пробормотал Марк. – В своем страхе перед возможностями цивилизации Предтеч наши могли и сознательно закрыть глаза на самые аморальные эксперименты по созданию сверхчеловека. Но ближе к делу, что там насчет мэра? Господина Алексея Старосадского, не так ли?
– Да. Именно он меня и сдал. Ну не меня, точнее, а Хейлин-дари. Помог выманить нас с планеты. Ему же руководство нашей академии полностью доверяет. Мы уехали по его личному распоряжению, – и она судорожно всхлипнула. Слез по-прежнему не было. Душа болела так, что хотелось завыть, хотелось разбить себе голову о камень, чтобы отвлечься от душевной боли. Но слез не было.
– Давай выбираться отсюда, – бросив на спутницу проницательный взгляд, Марк поднялся сам и поставил на ноги Лайди. – Сначала нужно выбраться, потом видно будет. Вряд ли это тебя утешит сейчас, то, что преступление совершено против тебя, а не как-нибудь наоборот. Но лично для меня это все расставляет по местам.
Он огляделся. Огненные струи позади, по-прежнему пылая бело-золотым огнем, текли в полном противоречии с опытом и здравым смыслом землян. Несколько драконообразных обитателей подкупольной долины, покружившись рваными движениями над сияющими реками, ввинтились в дымные стены купола и исчезли.
– Жаль, что у меня разрядился идентификационный браслет, – с детской досадой сказал Марк, – не останется видеозаписей этого потрясающего, честно скажем, места, – и он, потащив спутницу за собой, сделал два шага вперед.
И мир вокруг снова изменился. Каменистые пологие склоны, такие же серые, как и небо над головой, окружили путников со всех сторон.
– По-прежнему, идти еще около сорока километров, – сообщил Марк через десять минут, вглядываясь в карту местности, которая все же всплыла на экранчике его полуразряженного идентификатора.
– А давай отдохнем, – тоскливо предложила девушка. – Я не держусь на ногах. От слова, совсем.
– Потерпи. Сейчас найдем расселину поудобнее, и устроим привал. Мы заслужили отдых.
Глава седьмая
Расщелина возникла темным проходом в светло-серой скальной гряде, когда сумрак вокруг окончательно сгустился. Марк вздохнул, жалея электричество, но все же включил фонарик. И вдруг, в ответ на слабый луч электрического света, стены каменного прохода засветились собственным светом, точно покрылись светлым кружевом, чем-то напоминающим морозные узоры на стекле.
– Красиво как, – протянула Лайди, даже забыв об усталости. Сосредоточенный Марк, ничего не ответив, повернул по каменному проходу за угол. И они оказались в уютной пещерке, кружевные узоры на стенах которой рассеивали темноту. Лайди попробовала было отковырять хотя бы маленький камешек, чтобы понять потом, с какой стати он светится. Но у нее ничего не вышло. Планета Пандора не собиралась делать свои секреты достоянием широкой общественности.