В памяти всплывали немногие виденные им события — та девушка на сцене… потом удар молнии… светловолосый парень… потом женщина в черном плаще… и Блик… и ворон.
Близость гравия и камней он успел почувствовать за секунду до того, как они захрустели под колесами «джетты». Нив застонала, и тело Никса отреагировало быстрее, чем сознание. Юноша резко ударил по тормозам. Должно быть, он заснул. Машина стояла на обочине, в нескольких футах впереди темнел дубовый ствол. Он глянул на Нив — девушка спокойно дремала в кресле, ее удерживал ремень безопасности, пролегавший в точности посередине между ее идеальными грудями.
Руки Никса на рулевом колесе дрожали. Убедившись, что Нив невредима, он первым делом подумал: «Значит, мы можем чувствовать страх. Если не за себя, то, по крайней мере, за людей». Он вздохнул. Они избежали катастрофы, и от облегчения его начало клонить в сон. Никс вдруг осознал, как много времени в последние сутки он провел в дороге — сначала вел машину, потом блуждал под дождем. За недели, проведенные возле Ундины, он расслабился и теперь чувствовал усталость. Стояла глухая ночь. Нив все спала, ее дыхание стало теперь ровнее. Нужно было отвезти ее домой, но, сверившись с часами на приборной доске, Никс понял, что для этого ему придется еще два часа провести за рулем. Луна зашла, вокруг было совершенно темно.
Утром ему еще предстоит объясняться с Джейкобом. А пока нужно поспать. Никс оглянулся на дорогу позади — машин не было, и он достаточно далеко съехал на обочину, чтобы быть в безопасности. Он просто отдохнет до рассвета, потом вернется в Портленд, и там все сразу же станет хорошо.
* * *Большую часть дороги домой Ундина и Моргана молчали. Ундина смотрела в окно. Моргана включила радио, выбрав станцию из разряда «для тех, кому за…». Как раз такое выбрал бы Ральф Мейсон — как будто Моргана чувствовала, что это могло помочь ее подруге расслабиться. Ундина вдруг поняла, что во время пути Моргана изо всех сил старалась сделать ей приятное, создать наиболее комфортные условия для своей пассажирки: она выбрала радиостанцию со старой классикой и неизменными рекламными вставками про средства для похудения, несколько раз спрашивала, устраивает ли ее температура в салоне, и даже включила подогрев сидений.
В конце концов Ундина уснула, а проснулась уже на стоянке возле автозаправки. Морганы в машине не было — наверное, ушла в душевую. В чашкодержателе стоял пластиковый стаканчик с горячим шоколадом. Ундина отпила глоток и поняла, что перед этим она в последний раз подкрепилась сэндвичем с арахисовым маслом — вчера утром в палатке с Никсом. Ну, это если не считать «пыльцы», которую она слизнула с ладони незнакомца. При воспоминании о собственной развязности, о том идиотском затмении, что на нее нашло, ей стало стыдно.
Моргана вернулась через несколько минут со стаканчиком кофе. При ее появлении машина тихонько пикнула — уходя, она закрыла Ундину.
— Ты как? — без привычной иронии спросила Моргана. — Поспала немного, это хорошо.
— Нормально, — кивнула Ундина, глядя в стакан с горячим шоколадом. — Просто устала. Домой хочу.
Встретиться с подругой взглядом она не могла, даже сидеть рядом с ней почему-то было неловко.
Моргана ничего не ответила, лишь посмотрела на Ундину в полумраке машины и улыбнулась. Потом положила руку ей на колено — поразительный жест для девушки, которая вообще избегала любых прикосновений. Машина тронулась. Мягкое покачивание и знакомое потрескивание старомодной радиостанции снова невольно убаюкали Ундину, и в следующий раз она проснулась уже на знакомой подъездной дорожке перед собственным домом, на Северо-Восточной Скайлер-стрит. Моргана успела выйти из машины и потягивалась. Вставало солнце, и все вокруг было розоватым.
«Небо алое к закату — и матросы будут рады, — всплыла в памяти Ундины поговорка, которую она даже не помнила, где услышала. — Заалело на рассвете — будет буря, верь примете». Выкинув стишок из головы, она смотрела, как потягивается Моргана, вскинув тонкие руки к небу. Мелькнула полоска голой кожи между поясом джинсов и рубашкой, и Ундину передернуло, словно она сама стояла на холодном утреннем воздухе.
— Проснулась!
Заметив ее взгляд, Моргана улыбнулась, распахнула дверцу машины и просунула голову внутрь. Избегая встречаться с ней глазами, Ундина вытащила свой рюкзак с заднего сиденья и торопливо встала, ударившись головой о край крыши.