Ночью меня разбудил аккуратный стук в дверь. И что им всем не спится?
— Кто там?
— Лер Велиостро, можно войти?
— Лер Вантихосо?! Конечно, проходите. Вы бы предупредили. Я совсем не против ваших визитов.
Я подскочил и отпер засов. Белокожая женщина в ночнушке осторожно проскользнула в покои.
— Простите, что разбудила, лер Велиостро.
— Ничего.
— Вам, наверное, холодно. Идите в постель скорее.
Я прилег обратно на кровать и залез под одеяло.
— Как в прошлый раз? — спросил я.
Даже в такой темноте я увидел, как покраснели щеки девушки. На белой коже это было хорошо видно.
— Нет, отвернитесь, пожалуйста! И не приставайте!
Я повернулся на бок, спиной к ведьме. Вскоре послышался скрип кровати. Девушка приподняла одеяло и подвинулась ко мне.
— Извините, у меня в покоях так холодно. Если вы против, скажите. И я тут же уйду.
— Нет, я…
— Не поворачивайтесь! Я стесняюсь.
— Э-э, хорошо.
Мягкие холмики грудей осторожно прижались к моей спине. Какое тут стеснение, блин? Мы же с ней любовью занимались? Хотя звать такое любовью неправильно, наверное. Просто плотские утехи.
— Вы такой теплый, лер Селин. Можно я буду по имени вас называть?
— Можно.
— Спасибо. А вы зовите меня Ли.
— Хорошо, лер Ли.
— Так приятно, — ведьма прижалась еще сильней. — А я в своей постели не могу все согреться.
— Лер Ли, почему вы так меняетесь?
— Не знаю. Я такая, какая есть. Я ведь почти три года здесь ни с кем не говорила. Вы первый с кем я беседую. Вы добрый, лер Селин. Остальные все злые. С ними Лу разговаривает.
— Лу? С вами все в порядке?
— Нет. Я чувствую, что не справляюсь. Я думала, что смогу наладить жизнь в долине. Сделать гоблинов и троллей добрыми. Помочь им. Но у меня не получается. Но я ведь так стараюсь. Пусть потихоньку. Но я стараюсь! — голос девушки сорвался, она начала мелко дрожать. — Хнык, лер Селин, почему так выходит, хнык? И Кул, хнык, и Санод не понимают. Я не хочу, хнык, убивать вас, лер Селин. Я не хочу-у-у никого убивать, хнык.
Я растерялся.
— Не переживайте, все наладится.
— Я не знаю-ю-ю, как все нала-а-адить, хнык.
— Ну не плачьте. Я не люблю, когда кто-то плачет.
— Извините, лер Селин, я больше не буду. Вы такой большой и теплый… очень теплый…
Вантихосо засопела мне на ухо. Ладно, спать. Утром всегда приходят самые умные мысли.
— Грязная самка бегемота! — сильный удар в спину сбросил меня с кровати. Я спросонья подумал, что кто-то напал, и стал нашаривать рукой канделябр с формой внутри.
— Лер Ли, что случилось? — я осторожно потер ушибленную поясницу.
— Коровья лепешка, как ты смеешь обращаться ко мне по имени?!
— Вы ведь сами меня попросили ночью…
Ведьма огляделась и выругалась.
— Вот дура тупая! Ты с ней… со мной что-то сделал?!
— Нет, вроде бы. Вы сказали, что одной холодно спать.
В дверь настойчиво постучали, прервав наш разговор.
— Лер Велиостро, это Санод. Откройте.
— Твою налево! — выругалась ведьма.
— Госпожа, вы здесь?!
Я прошел ко входу и отпер засов.
— Чего тебе, лысый? — угрюмо спросила женщина.
— Просто убедиться, что с вами все в порядке, — нейтральным тоном произнес старый гоблин. — Охранники забеспокоились, когда вы не вернулись в свои покои. Скоро будут накрывать завтрак, — Санод поклонился и ушел.
— П*****, — ведьма выскочила с постели. Быстро побежала на выход и на ходу сильно толкнула меня. Еле смог удержать равновесие.
И что же получается? Их две в одном человеке уживается? Причем совсем разные. Неужели ведьма Блаженная? Вспомнилось, как Бешгу говорил, что у них ненормальных сажают в яму с термитами. Бешгу говорил, что это такие большие муравьи, с собаку размером. Ужас просто.
Мне казалось, что-то должно случиться этим днем. Или ведьма не выдержит, или гоблин сорвется. Но они вели себя пристойно. Вантихосо ругалась не больше обычного. Собственная неопределенность мне не нравилась, поэтому я решился спросить:
— Лер Вантихосо, когда вы меня убьете?
— Когда надоешь, козявка.
Слишком расплывчатый ответ, но большего я узнать так и не смог. После полудня прибежал гоблин с письмом. По-моему, его звали Гоул. Еще подтянулся Санод.
— Госпожа, дозорный нашел послание в обменном месте. Похоже, от тазамцев, — Гоул с поклоном протянул письмо с большой оранжевой печатью.
А я ведь седьмой день в Черном замке. Наверное, наш отряд уже доложился Старшим Командующим, и от них пришло письмо. Ведьма немедля вскрыла конверт и принялась читать. Про себя. Потом посмотрела на меня.