– А он типа пусть там остаётся, да?
Сенька снова состроил такое выражение лица, будто бы он сейчас разревётся. Кольт тяжело вздохнул, откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди. Смотреть на меня он не смотрел, но был мрачным, задумчивым. Виной так и сквозило. Ещё бы, Вебер‑то в ошейнике не просто так оказался. Нельзя было ему туда… И он, Вебер, ведь как чувствовал, что нельзя… И я тоже.
– Ага, – протянул Сеня. – Вебер тебе помочь хочет… Эх, жаль, что у Ваньки отмычки не было для его замка. Так бы мы вместе сбежали… Ванька ему помочь бы точно смог. Хотел, да отмычка эта…
Я вдруг дёрнулась. Нервно так, неприятно. Вскинула лицо, быстро оттерла заново выступившие на глазах слёзы.
– Какой Ванька? Что за отмычка? – сощурив глаза, быстро спросила я. – Как ты выбрался‑то вообще?
– Помог он мне, сын Войтко, главаря их. – Конопатый почесал затылок, после посмотрел на свою руку и с самым скорбным лицом вздохнул. – Друг он мне. Хороший. Да всем он там друг. Веберу особенно. Ванька давно рабам помогает сбежать. Пока не спалился… Борис Валерьевич если узнает, шкуру с него снимет…
– А что там с отмычкой? – перебивая, сдержанно спросила я. У меня всё кипело. Времени нет, а я, возможно, ещё могу что‑то сделать.
Сенька пожал плечами.
– Да ошейник там на Вебера крутой какой‑то надели… Мол, чтобы не сбежал никакими возможными способами… Ванька говорит, что у него были на такие замки отмычки, да давно уже всё ушло… А так бы он помог, конечно… Помог бы точно.
– Что за замок там? – спросил вдруг Кольт. Выглядел он взволнованно. Побледнел даже. – Ошейник какой, помнишь?
Сенька снова пожал плечами.
– Синий такой. Видел, что на нём надпись такая: единичка и три нолика.
– ИАТТ тысячный, тьфу ты, чтоб его… – выругался Кольт. Двинул кулаком по столу, сплюнул и отмахнулся. На меня не смотрел – всё куда‑то вниз, в одну точку. – Где ж взять такую? Можно ведь достать где‑то… Должны быть… Надо у Ерёмина спросить… Точно. У Ерёмина.
Некоторое время Кольт что‑то бормотал. Сенька молчал, я тоже. Но долго ждать не хотелось.
– Так вы сможете достать такую? – спросила я.
Нахмурился Кольт, подумал. Почесал подбородок и отмахнулся.
В комнате вдруг стало как‑то душно, а за хлипкими стенами из буфетов и стеллажей вдруг как‑то стал нарастать шум. Кто‑то гремел чем‑то, кричал. Будто бы миллионы медных тазов сталкивались где‑то под потолком и взрывались. Я зажмурилась. Кажется, мне просто совсем нехорошо. Выдохнув, я потерла лоб – голова горела от боли.
– Достану, достану, – тихо произнёс Кольт. Я даже удивилась, что расслышала его слова. – Но тебе придется идти самой к ним. Нам нельзя. Иначе там же с Вебером сядем.
Сенька покивал. Протянул мне левую руку, указывая пальцем с почерневшим от грязи ногтем на маленькую татуировку с буквой М.
Я холодно кивнула. Опустила голову, поджала губы. Мне придется идти одной на Комсомольскую. Без всякого сопровождения. Слава Богу, с двумя собаками. Ну, они, вообще, если честно, получше многих сопровождающих будут. Придется идти через тоннели метро, плестись незнамо сколько времени, а потом ещё и выкручиваться, чтобы туда без всякого палева попасть и не загреметь с ошейником наравне с Вебером. И ничего. Это всё того стоит.
– Иди, собирайся. – Вдруг сказал Кольт, быстро глянув на меня. – Сказал, что достану, значит, достану. Тебе времени лучше не терять. Через час будь здесь.
Без лишних вопросов я кивнула. Внезапно почувствовала прилив сил, поднялась с дивана и быстро покинула комнату Кольта.
Я шла всё быстрее – по платформе, на лестницу, в переход. Надо собраться с мыслями и подготовиться к дороге. Она будет нелёгкой. И плевать.
Выбора у меня нет, да мне он и не нужен. Я кину все силы на то, чтобы вытащить Вебера. Я сделаю всё, что смогу. Только бы его вытащить…
Глава 15
– Держи, вот твоя отмычка… – Кольт протянул мне сверток, и я тут же выхватила его из его рук. – Уверена в своём решении?
– Даже не оговаривается.
Я прикрыла глаза и приложила кончики пальцев к вискам. Голову наконец отпустило, а ведь последний час боль была просто дикой. Свёрток я убрала поглубже во внутренний карман куртки, так просто не вытащишь. Сейчас для меня этот свёрток – ценность номер один.
– Оружие хоть есть?
– Теперь – да. Конопатый дал.
– Хорошо. – Кольт кивнул, прищурил глаза, приглядываясь к кобуре у меня на поясе. – Что дал‑то?
Я не успела ответить.
– Что было, то и дал, – протянул Сенька обиженно. – «Багиру» дал.
– «Багиру», тьфу ты… Совсем ничего больше нет?
Сенька ещё больше надулся и отрицательно качнул головой.