Я проснулся от того, что меня тормошит симпатичная брюнетка: это была медсестра — кажется, её звали Юлия.
— Безруков, — сказала она, — вставай, ужинать пора.
— Ага, — отозвался я, протирая глаза.
Сначала я подумал, что она мне приснилась.
«Какая же ты красивая! — подумал я восхищённо. — Как Дева Мария!»
Сперва я сунулся в туалет, но он оказался закрыт. Юлия проводила меня в столовую и усадила за стол, прислуживая мне: она поставила передо мной тарелку с картофельным пюре, большой котлетой и компотом в пластиковом стакане.
Я принялся неторопливо есть, приветливо посматривая на медсестру.
— Ешь, ешь, — приговаривала она, улыбаясь и протирая соседний стол. — Ты один остался, все уже поужинали.
— Нравится девочка? — спросил дьявол в голове. — Да, она славная! Наслаждайся, это мой тебе подарок.
«Она как перламутровая жемчужина в этой беспросветной тьме…» — подумал я, доедая ужин.
— А ты романтик! — заметил дьявол. — Красиво сказал — мне нравится!
Я поужинал, поблагодарил Юлию и отправился в туалет.
Я умылся и попытался сходить по-маленькому, но не смог сразу этого сделать: сортир был до отказа заполнен курящими постояльцами — дым стоял коромыслом. Я сел на унитаз и попытался сделать свои дела сидя. Наконец мне это удалось. Затем я встал и отправился вон из туалета — в палату, на свою койку. Я улёгся на кровать и уставился в потолок, не мигая.
Белёный свод палаты был весь испещрён жёлтыми пятнами — мне вновь стали мерещиться чудовища: привиделась голова монстра из фильма «Чужой».
«А это ещё кто?» — подумал я, с ужасом рассматривая чудище. Мне вдруг стало плохо: мой ужин чуть было не вырвался наружу, к горлу подкатил ком.
— О! Ты заметил её? Наконец-то! Это моя верная девочка — ты с ней уже знаком.
— Т-а-ть! — выдохнул я, удерживая рвотные позывы.
— Она самая! Ты её, кажется, оскорблял? — спросил дьявол.
«Да нет, что ты!..» — стал я оправдываться.
— Оскорблял, оскорблял — не лги мне: ты называл её «тварью», — напомнил дьявол. — Давай-ка, проси у неё прощения.
— Не буду!.. — прошептал я.
— Будешь, будешь, иначе я заставлю сейчас выблевать твой ужин на пол, а затем заставлю его съесть!
Я пришёл в ужас от этих слов: картофельное пюре вот-вот готово было вырваться из меня!
— Татьяна, прости меня! — прошептал я, пуская слезу.
— Не Татьяна, а Тать, — поправил дьявол. — «Тать, прости меня, пожалуйста, засранца» — говори!
— Тать… пожалуйста, прости меня!
Я зарыдал.
— Не верю, — сказал дьявол.
Я срыгнул в рот картофельным пюре, захлёбываясь в собственных рвотных массах.
— «Отче наш!» — вдруг услышал я голос в своей голове. Кажется, это была Юлия.
Я принялся шёпотом читать «Отче наш». Рвотные позывы прекратились. Дьявол отступил от меня — мне стало легче дышать. Я закрыл глаза и провалился в сладкий безмятежный сон, совсем без сновидений.