— Как у тебя дела, Михаил? Как твоё здоровье? — поинтересовалась мать.
— Нормально, мам, — соврал я. — «Если бы ты только знала, что творится сейчас в моей голове!» — подумал я.
— Чем занимаешься? — допытывалась она. — Ты редко у нас бываешь в последнее время.
— Я хожу в церковь, — признался я.
— Тебе полегче? Помогает тебе церковь?
— Да, — отозвался я.
Я поел каши, и мы принялись за утренний кофе.
— Мам, скажи мне, почему ты не веришь в Бога? — спросил я.
— Я верю, — отозвалась мать, прихлёбывая из чашки.
— Но ты совсем не ходишь в церковь: не исповедуешься, не причащаешься, — сказал я. — Почему ты этого не делаешь?
— Да как тебе сказать, Миша, родители меня не приучили. Мы ведь воспитывались в совершенно другом мире, в советское время это было не принято.
— Но тебе уже столько лет, мама, пора бы уже задуматься над этим вопросом. Вы с отцом совершенно забыли о Боге, мама, вам нужно покаяться!
Я вдруг вспомнил один сон, который приснился мне давным-давно.
Во сне я стоял у себя дома спиной к картине Алистера Кроули. Напротив находился мой отец, смотря, как на балконе проходит богослужение христиан за закрытой дверью.
— Ну и где он, ваш Бог?! — крикнул отец людям.
Внезапно дверь балкона распахнулась, и из балкона размашистым шагом в переднюю вышел сам Господь Иисус Христос в короткой тунике, опоясанной льняным ремнём.
— Я перед тобой! — грянул Иисус грозно, приступая к моему отцу. Он поднял руку и указал прямо на меня. — И перед тобой!
Отец при этих словах провалился под пол, а Иисус Христос прошёл прямо в стену, словно привидение, скрываясь за каменной преградой.
Я рассказал матери этот сон.
— Мне когда-то давно приснился твой покойный дедушка, — призналась мама. — Это было на сороковой день после его смерти. Когда я проснулась, оказалось, что свеча, стоявшая перед образами, упала на пол и потухла.
— Он приходил к тебе, чтобы ты заказала ему заупокойный молебен, мама, неужели ты не поняла?! И что ты сделала?
— Сходила в храм и поставила ему свечку, — призналась мать.
— Здравствуй, — написал я Татьяне в нашу переписку.
— Добрый вечер, Михаил. 🙂 Как дела у вас?
— Бывало и лучше, а как сами?
— Да я то, что… девчонок своих жду со свиданий… в 23:00 обещали быть. Вот! Сижу. 🙂 Как здоровье у вас?
— Здоровье норм. — написал я и следом добавил: — Татьяна, простите, что я вас изобразил в таком образе в своём романе.
— 🙂 Михаил, правда, это ерунда всё! У каждого своя фантазия. И если меня кто-то видит так… значит так! Меня это не расстраивает. В реальной жизни гораздо больше поворотов для переживаний.
— Фантазии иногда сбываются, — написал я.
— Вот моя свекровь, я уверена! Видит меня в ещё более ужасающем образе! 🙂 Фантазии сбываются! Иногда! И то не факт! Не могут люди любить всех. 🙂 Кто-то нравится, кто-то бесит… это нормально!
— Как думаешь, у всех есть ангел-хранитель? — спросил я.
— Думаю, что у всех, но у кого-то более сильный, у кого-то — послабее.
— У меня есть, как думаешь? Меня один раз чуть не убили.
— Конечно, есть! После такого ещё есть сомнения? Странно. Меня в своё время два раза чуть не изнасиловали… повезло, — призналась Татьяна.
— Не повезло, это твой ангел вмешался, — написал я.
— Первый раз в четырнадцать лет, группа парней после школы встретила, окружила, под руки меня взяли и повели на стройку… Чудом мою знакомую встретили. Она увидела меня в таком состоянии и спрашивает: «Ты чего это с парнями?! Быстро со мной пошла!» Как я счастлива была! Не передать словами!
— Но ты сама-то веришь, у тебя есть ангел-хранитель, или думаешь, что это просто везение?
— Я знаю, есть кто-то, кто-то, кто помогает и шагает на протяжении всей жизни рядом!
— А кто это, добрый или злой ангел? Зло ведь тоже иногда помогает, чтобы обольстить и погубить?
— Моё мнение на этот счёт такое: ангел не может причинить зло своему подопечному или кому-то из людей, если только не будет защищать его, и защищая, причинит вред другому человеку, для которого он и будет злым. Не очень понятно написала. 🙂
— Храни вас Бог Иисус Христос, Татьяна, — написал я. — Татьяна, вы здесь?
— Да. Дети яичницу с беконом захотели. 🙂 Выполняю прихоти мелких. Хоть они давно уже не мелкие (15, 17 лет) 🙂 Спасибо. 🙂 Пишите свои рассказы — повести! Не болейте! Пусть всё у вас налаживается! Творческих ночей вам! После смерти мужа я впервые с вами хохотала тогда ночью, когда переписывались, 🙂 хохотала в голос. Вот такие ассоциации вы у меня вызываете. 🙂🙂
— Я пока не хочу писать. Столько всего произошло… Сперва это нужно переосмыслить, — признался я.
— Вы встретились с Ольгой? — спросила Татьяна.
— Одна не хочет меня знать, а вторая — я не знаю, кто она. Если она в самом деле Коваль, вы бы могли её найти!
— Михаил, 🙂 вы меня извините, но я не буду больше вмешиваться во всё это, если честно. Я человек ранимый. 🙂 Когда вы сказали не звонить вам, я в таком недоумении была… Не понимала, что я сделала не так… Несколько дней у меня всё валилось из рук. И тогда я дала себе зарок: не лезть ни в своё дело!!!
— Я же просто хочу увидеть её! Может хоть в соцсетях про неё разузнаете? Хотя бы фотку увидеть?
— Когда болел мой муж, — написала Татьяна, — многие люди помогали нам. После ухода мужа мне казалось правильным помогать другим, если это в моих силах, не отлынивать от способности помочь кому-то. И вы оказались первым, кому мне захотелось помочь, используя своё служебное положение, но помочь… я ошиблась. Так нельзя. Извините.
— Вы же читали рассказ. Это как исповедь моя! Я думал, что вы злой демон, поэтому я и «заблочил» вас!
— Если это ваша судьба, моей помощи вам не надо. Если нет — и мои усилия не помогут. Спокойной ночи вам! Извините меня.
— Я её хочу просто увидеть. Пожалуйста… — взмолился я.
— Михаил! Подумайте над тем, что я сказала. Может, вам и не надо всего этого. Остановитесь, — написала Князева.
— Я хочу её увидеть, а вы — единственная моя надежда. Неужели вы не понимаете, что это судьба нас свела, Татьяна? Помогите мне её увидеть! Просто увидеть её лицо! Татьяна, неужели вам самой не интересно, чем закончится эта история?
Но Татьяна больше не отвечала в тот вечер. Я закрыл телефон и завалился спать.