«Я просто должен поверить в это, просто поверить — это словно сунуть руку в огонь: когда ты веришь, ты не чувствуешь боли!»
Жужелица на окне мешала мне сосредоточиться; я хотел её прихлопнуть тапкой, но вдруг передумал, взял пустой спичечный коробок, посадил внутрь и засунул в карман.
«Юлия, почему ты молчишь, помоги мне! — думал я. — Как мне сосредоточиться? Как поверить в это?»
— Во что, в это? — отозвался светлый ангел. — Сформулируй свой запрос. Ты должен чётко знать, что ты хочешь, чтобы поверить в это, неужели ты не понимаешь?
«Ладно, — подумал я. — Перво-наперво я хочу, чтобы Тать исчезла, как будто её и не было».
— Это невозможно, Миша, — сказала Юлия.
«Но почему?!»
— Мы неотделимы друг от друга: как лёд и вода, зима и лето, дождь и снег, черное и белое. Мы словно две стороны одной медали. Не будет её — не будет и меня. Ты не сможешь удалить нас каждую по отдельности, только всех вместе, — поведал светлый ангел.
«Как же так? Ты мне сказала, что я должен её изгнать?»
— Изгнать, но не удалить, — сказала Юлия.
«А разве не это я пытаюсь сейчас сделать: изгнать Тать из своей головы?»
— Нет, Миша, ты не этого хочешь — кого ты обманываешь, ты хочешь переписать всю историю и придумать счастливую концовку, разве не так? — сказала Юлия.
Я молчал.
— Ты сам-то в это веришь? — спросил ангел. — Ты веришь, что можешь что-то изменить?
«Я хочу в это верить, Юлия».
— Одного желания недостаточно, Миша.
«Как же мне в это поверить? — недоумевал я. — Как уверовать на сто десять процентов в то, что я хочу изложить на бумаге… хорошо, не на бумаге, но тем не менее. Это же какой охват нужен! Ведь, прежде всего, требуется продумать всё до мелочей. А как это будет выглядеть?.. Такое представить невозможно!»
— Миша, по-моему, ты несёшь чушь… Из этой тирады можно выделить лишь одно слово: «представить». Именно это ты и должен сделать, перво-наперво ты должен представить, чтобы потом уверовать. Напиши несколько предложений, чтобы было несложно «представлять». Пусть это будет что-то вроде «и жили они долго и счастливо, и умерли в один день», как ты и хотел.
«И всё?» — удивился я.
— Да, — сказал светлый ангел. — А остальное просто удали.
«Но это же получается, что я и тебя удалю, Юлия!» — подумал я, негодуя.
— Да, удалишь.
«Я не хочу тебя терять, Юлия!»
— Выбирай: либо так, либо никак.