Я бродил по торговому центру уже больше часа, заглядывая в каждый бутик и примеряя вещи. В зале играла энергичная музыка. Она действовала мне на нервы:
«Зачем они гоняют это дерьмо? — думал я. — От этой музыки только голова начинает болеть!»
— Они включают эту мелодию, чтобы покупателям легче было расставаться со своими деньгами, — пояснил ангел в моей голове.
«Ага, я в курсе… — подумал я. — Только я сейчас расстанусь со своей башкой!»
Я потрогал раскалённый лоб:
«По-моему, я действительно заболел…»
Я спустился вниз — на первый этаж. Там располагались заведения совсем другой ценовой категории. Я зашёл в магазин летней одежды и стал примерять всё подряд: футболки, майки, рубашки, трико, джинсы, шорты...
— С тобой ладно, нет? — спросила Юлия. — По-моему, у тебя жар…
«Всё в порядке, — подумал я, лихорадочно натягивая на себя свою футболку. — Идём отсюда, здесь нечего ловить!»
Я выскочил из «Аквамолла», прошёл чуть дальше по Московскому шоссе и нырнул в подземный переход, пересекая улицу.
— Может, пойдёшь уже к автобусу? — предложила Юлия. — Тебя потеряли уже, наверное…
«Да кому я нужен? — подумал я. — Уедут без меня!»
Я выбрался из подземного перехода на другой стороне улицы. Прямо передо мной возвышался торговый центр «Пушкарёвское кольцо».
«Здесь наверняка есть что-нибудь подходящее, за приемлемую цену!» — подумал я, входя в стеклянные двери здания.
«Может, уже поможешь выбрать мне футболку, женщина?» — спросил я Юлию в своей голове, заходя в двери магазина летней одежды.
— Помогу, — пообещал ангел. — Но с одним условием: потом ты пойдёшь и приложишься к святым мощам Сергия Радонежского. Окей?
«Я не верю в это, Юлия, — подумал я. — Как может засушенный палец пятисотлетней давности лечить людям болезни… скажи?»
— Может, Миша. Если не веришь в палец — поверь мне. Мне-то ты веришь?
«Хороший вопрос… Юлия», — подумал я с львиной долей сарказма.
Юлия промолчала.
«Да верю я тебе! Верю! — подумал я зло. — Но зачем мне лечиться? Я ведь уже мёртв! Я не могу заболеть…»
— А ты уверен? По-моему, у тебя жар, Миша, — сообщила Юлия.
«И в самом деле», — подумал я, трогая горячий лоб.
— Дальше тебе станет только хуже, — пообещал ангел.
«Ладно, уговорила! Где моя майка?»
— Она перед тобой, — сказал голос.
Я присмотрелся: в отделе со скидками, на плечиках висела бледно-голубая футболка, которая смотрела прямо на меня. На груди была изображена длинная белая линия в виде змейки — рисунок напоминал извилистую дорогу. Ниже, в конце «пути», имелась подпись: "end of the road".
«"Конец пути", — перевёл я, блеснув английским. — Она не очень, Юлия», — подумал я разочарованно.
— Зато цена подходящая, — отозвался ангел.
Я примерил футболку в примерочной, стоя перед зеркалом.
«Этот рисунок похож на очередь в кафедральном соборе, которую мне придётся отстоять сегодня, — подумал я, глядя на своё отражение в зеркале. — Мне придётся, Юлия?»
— Придётся, придётся… Давай, поторапливайся! — велел голос.
Я расплатился и вышел вон из торгового центра.
Внезапно раздался сигнал моего телефона. Звонила мать:
— Да, мам?
— Привет.
— Здравствуй.
— Ты где сейчас?
— В Ульяновске.
— Слушай, мне сейчас звонила Инна Козленко. Вы в церковь, что ли, уехали?
— Ага.
— Она тебя потеряла. Говорит: все собрались уезжать уже, а тебя нет, — сообщила мать. — Ты куда пропал?
— Перезвони, скажи — я не приду, — велел я.
— А что случилось? Всё нормально? — спросила мать обеспокоенно.
— Всё нормально, мам.
— Тебя с работы, что ли, уволили?
— Да, мам. Пока!
Я выключил телефон.
— Они тебя потеряли, Миша. Кому-то ты всё-таки нужен в этом мире, — заметил мой ангел.