А вот гвардейцев сторонились. Красных мундиров было полно на улицах — они шатались повсюду, не занимаясь, видимо, ничем, кроме пьянства. Несмотря на начало дня, многие из них уже держались на ногах с трудом, а некоторых и вовсе переносили из пивной в пивную на руках.
Во дворце царило такое же болезненное оживление — будто в ожидании важного гостя хозяева лихорадочно убирали всё, на что падал глаз, а что убрать было невозможно, маскировали и драпировали.
Казначея удалось поймать только через полчаса поисков и для этого пришлось совершить полный круг по дворцу. В казначействе Тальфу сказали, что распоряжения от королевы не поступало, а казначей отправился в кабинет королевы. Гвардеец, стоявший на часах у Малого зала, поведал, что казначей был на приёме и, послушав пятиминутный рёв Жози, вылетел прочь из кабинета и умчался в сторону министерства двора, имея бледный вид. В министерстве двора рассказали, что казначей побывал у них, устроил небывалый разнос и скрылся в направлении казарм гвардии.
Туда Тальф решил не идти — просчитав траекторию движения чиновника, он понял, что тот скоро совершит полный круг и вернётся в казначейство. И точно — буквально через минуту после магистра вконец издёрганый казначей в растрёпанном парике с буклями вернулся и поспешил скрыться у себя в кабинете, но некромант преградил ему путь.
— А я! Почём! Знаю! — возопил он на вопрос о деньгах для Ковенанта и Тальфу показалось, что его сейчас будут хватать за одежду и трясти. — Распоряжения! Не было! Вот! Будет! Тогда! И! Поговорим!
Он хлопнул дверью так громко, что с потолка упала пара крошек штукатурки. В воцарившейся после этого тишине из кабинета послышался отчётливый звук открываемой пробки и стало ясно, что в ближайшее время беспокоить казначея точно не стоит.
Пришлось вернуться к Малому залу, возле которого толпились измождённые военные и чиновники. Они занимались по большей части тем, что презрительно смотрели друг на друга, мысленно обзываясь «солдафонами» или «штафирками».
Тальф выглянул из-за угла, затем напустил на себя чрезвычайно занятой вид и решительным шагом направился к двери. Никто не решился его остановить — присутствующие лишь провожали магистра удивлёнными взглядами.
Ему почти удалось пробраться к королеве без приключений, но вдруг двери зала распахнулись, едва не врезав Тальфу по носу, и оттуда выбежал низкий и скрюченный человек с морщинистой лысиной.
— Это невозможно! — вскричал он после того, как врезался в магистра. — Невозможно! — после этого он веером подбросил в воздух какие-то бумаги и, рыдая, убежал вдаль по коридору.
Установилось напряжённое молчание. Тальф стоял с открытым ртом, а военные и гражданские даже не старались скрыть саркастичные взгляды, говорившие: «Вперёд, парень, попытай удачу».
Помотав головой, чтобы отогнать страх, магистр взялся за дверную ручку так, словно это была ядовитая змея, и просочился в кабинет.
Стоило ему сделать это, как из-за бумажных бастионов на рабочем столе вылетел серебряный кубок и раздался рёв:
— Я же просила никого не пускать!.. А, — поверх стены из документов показалась взъерошенная голова Жози. — Это ты… Чего надо? Я занята.
Юноша не решился задавать свой вопрос сразу же, с порога:
— Да, я… Я вижу. Может, тебе чем-нибудь помочь?
— Помочь?.. — на долю секунды задумалась королева. — Да, ты можешь помочь. Видишь стопку у двери?
До магистра не сразу дошло, что это не часть стены, а уходящая под потолок стопка бумаги.
— Допустим, — осторожно согласился он.
— Возьми сколько сможешь и тащи сюда.
Бумажный столб рухнул, чуть не похоронив Тальфа под собой, но он всё-таки справился и, взяв охапку побольше, принёс к столу Жози.
— Спасибо, — девушка делала пометки пером на листе бумаги.
Магистр не сразу понял, что что-то не так.
— У тебя… Э-э…
— Что? — раздражённо отозвалась королева.
— У тебя нет чернил.
Жози посмотрела на кончик пера, затем на безнадёжно пересохшую чернильницу, а после перевела недоумевающий взгляд на листок.
По дворцу разнёсся вопль умирающего животного.
Королева в два счёта смахнула со стола бумажную лавину, уткнулась лбом в столешницу и принялась биться о неё головой.
— Ох! Спокойно, не надо так… — захлопотал над ней Тальф. — Уверен, всё можно исправить.
— Да что?.. — простонала Жози. — Что можно исправить? Я не спала почти двое суток, ела только кофе с эклерами — а если точнее, с двумя эклерами — и сейчас написала тьма знает сколько резолюций пером без чернил, — последовал очередной удар, более сильный. — Мне нужно в поле.