— Очень хорошо.
На площади за его спиной горели десятки факелов — полк, выстроенный в несколько колонн, застыл в ожидании приказа. Вдоль шеренг неторопливо прохаживались командиры, а артиллеристы заняли позиции возле укрытых в переулках орудий и на всякий случай готовились к первому залпу.
Офицеры и вестовые столпились рядом с Альбрехтом в ожидании приказа.
— Быть наготове. Жозефина или Вильгельм могли что-то задумать. Отправьте на переговоры Эльтмана, пусть договорится об условиях сдачи.
Эльтман — седой майор, с крючковатым носом и синей сеткой сосудов на лице вернулся через пять минут.
— Ваше сиятельство! Её высочество просит вас прийти лично и войти в замок, — отрапортовал он. — Хочет вам кое-что показать.
— Похоже на ловушку, — хмыкнул толстый капитан с огромным шрамом от ожога на лице.
— Похоже, — согласился Альбрехт. — Отберите мне тридцать человек, один я туда не сунусь. Эльтман остаётся за старшего. Если не появлюсь через час или не пришлю записку со словами «восточный ветер» — начинайте атаку. Если в записке будут слова «западный ветер» — это будет значить, что я в плену. И если я погибну — не щадить никого, вырезать всех до последнего поварёнка.
Многоголосое «Так точно!» подтвердило, что приказ понят и принят.
Группу гвардейцев в воротах встречала Жози собственной персоной в сопровождении Тальфа, угрюмого Вильгельма и полусотни гвардейцев, которые стояли вдалеке, накручивали усы и пытались смотреть на гренадеров свысока.
— Доброе утро, дражайшая племянница, — поздоровался великий князь, как бы невзначай осматривая внутренний двор и подмечая, на каких кустах растут необычные ягоды в виде наконечников пик и ружейных стволов. — Вижу, ты всё-таки решила сдаться.
— Да, — улыбнулась Жози, но в её улыбке не было ни капли сожаления — одно торжество. — Замок твой, забирай, если хочешь. Но сначала давай прогуляемся в парке.
— Веди, — кивнул Альбрехт. — Надеюсь, нам хватит часа, потому что если я не вернусь, мои люди здесь камня на камне не оставят.
— О, это не займёт много времени, — принцесса ткнула пальцем туда, где возвышался белый дворец, рассмотреть который мешало странное голубоватое сияние. — Здесь рядом.
— Что. Это. Такое?! — глухо прорычал Альбрехт. — Что ты натворила?!
Он смотрел снизу вверх на полупрозрачный синий купол, поверхность которого то и дело расцветала странными символами. Они вспыхивали, меняли цвет от иссиня-чёрного к серому и растворялись, но на их месте тут же появлялись новые.
С другой стороны купола на великого князя смотрело восемь жёлтых глаз с вертикальными зрачками — каждый разметом с тележное колесо. Глаза эти глубоко сидели в огромной голове, обтянутой красной кожей. На лице этой самой головы можно было найти абсолютно все изобретённые природой приспособления для охоты, убийства и пожирания добычи. Клыки, жвалы, присоски, зазубренные шипы, щупальца и железы, с которых на дымящуюся землю капал вязкий коричневый яд. Голова покоилась на длинной шее, которая плавно переходила в гибкое тело. Тело возлезжало на руинах сада, свернувшись кольцами и подобрав все многосуставчатые конечности поближе к себе.
— Это — демон, — язвительности в голосе Жози было куда больше, чем следовало бы.
— Я вижу! — проревел Альбехт. — Ты с ума сошла?! Ты, мелкая безмозглая дрянь! Если оно вырвется наружу, то…
— Я очень рада, что ты, дядюшка, сам поднял эту тему, — усмехнулась королева. — Если оно вырвется наружу, не будет ничего хорошего. Ни дворцу, ни городу, ни, наверное, королевству.
— Вообще-то я — он, — пророкотало над головами.
— Идиотка! — схватился за голову великий князь. — Я тебя повешу за такое!
— Как ты там говорил ночью? «Если не станет меня, Гримхейму всё равно придёт конец»?.. И нет, не повесишь. Потому что если я умру, он вырвется на свободу.
— Спасибо, — донеслось сверху.
— Думаешь, это всё? — лицо Альбрехта ходило ходуном из-за играющих от злости желваков. — Думаешь, я не могу взять дворец в осаду и подождать, пока ты сама не сдашься?
— Так я сдаюсь, — Жози подняла руки. — Я же сказала — вот он, твой замок. Вступай во владение. Но у меня тут с собой завалялся стилет и склянка с ядом, так что… Нет, не хочешь?..
— Хочу, — оскалился великий князь. — И лучше подожду, пока вы тут передохнете от голода, а пока подыщу способ изгнать отсюда эту тварь.
— Я сделаю вид, что не услышал оскорбление.
— Всё, чего ты, дядюшка, можешь дождаться — это прибытия полка Клеве.
Альбрехт фыркнул:
— Клеве!.. Да я его полк…