Девушка громко фыркнула, а высокий волшебник в балахоне грустно усмехнулся.
— Ну, может и наведёте, — хмыкнул бородач. — Но мы-то всё равно уже разорены.
— Мы попросим у королевы денег, — пообещал Тальф, который чувствовал себя страшно неловко, хоть и не был ни в чём виноват. — И поможем тем, кто пострадал.
Колдун отмахнулся:
— Было б хорошо. Но не надо меня ни в чём убеждать.
По пути к выходу из Ямы Тальф с остальными ещё несколько раз натыкались на последствия грабежей.
В витрине разгромленной бакалеи тощая собака, не верящая своему счастью, пыталась проглотить огромный кусок вырезки; у портновской мастерской валялись втоптанные в грязь отрезы дорогих тканей, а на крыльце «Дома гадалки» лежали рассыпанные веером карты и осколки хрустального шара.
— Гляньте, — бородач бросил взгляд на разгром. — Кому-то не понравилось предсказание.
Долговязый волшебник усмехнулся:
— У кого-то не случилась любовь до гроба с богатым красавцем.
Девушка побагровела и пнула его в лодыжку.
Проходя мимо крыльца, Тальф подобрал одну из карт, перевернул рисунком вверх и тяжело вздохнул: ему попался лежащий на животе мертвец с целым десятком воткнутых в тело мечей. Магистр плохо разбирался в тарологии, но даже его познаний хватало, чтобы понять: ничего хорошего эта карта не сулила.
В Яме то и дело раздавались взрывы и выстрелы, в небо взлетали огненные шары, а обратно к земле устремлялись чёрные молнии. В переулке Тальф заметил лежащего человека в балахоне и поспешил помочь, но неизвестный уже не дышал.
Снова пошёл дождь — и это было невероятным подарком для Ямы, которая могла в два счёта сгореть дотла.
Район колдунов остался позади. Выстрелы стали намного тише, а кривые зловещие домишки и грязные извилистые переулки превратились в стройные каменные здания на широких мощёных улицах.
— Отлично, — Тальф успел запыхаться, а Кассиан тяжело дышал и морщился. — Осталось немного. Доберёмся до дворца и…
— Простите, ребята, но мы дальше сами, — бородатый волшебник остановился. — Спасибо за помощь.
— Я думал, вы с нами, — удивился Тальф.
— Мы с вами, — подтвердил колдун. — Но ввязываться во всякие сомнительные дела не хотим.
— Да почему сомнительные? — воскликнул магистр. — Мы должны держаться вместе, чтобы ни грабители, ни Ковен, ни гвардия…
— Мы лучше как-нибудь сами по себе, — перебил бородач.
— Но куда вы пойдёте?
— Уж точно не во дворец. Спасибо вам за помощь. И прощайте, — троица скрылась за углом, оставив Тальфа и Кассиана мокнуть под дождём на пустой улице.
— Не расстраивайтесь, магистр, — на плечо легла рука. — У них есть полное право присоединяться или не присоединяться к нам. Ошибочность своего решения они поймут позже. Идёмте, время не ждёт. Нам нужно закончить войну.
В кабинете Вильгельма Жози пила вино, сидя в гостевом кресле и не чувствовала ни вкуса, ни хмеля. Первый министр сидел за столом и быстро писал очередной приказ.
— Посыльный! — рявкнул он, когда закончил. Гвардеец тут же возник рядом, забрал конверт и умчался. — Не переживайте, ваше величество, — обратился он к королеве, которая приступила ко второй бутылке. В таких делах ничего не идёт гладко. Главное, что инициатива на нашей стороне.
— Главное — что мы не смогли захватить Яму! — королева кусала губу и качала ногой. — А инициативу Ковен может и перехватить.
— Всё будет в порядке, ваше величество, — убеждал министр. — По моей информации Ковен вообще никак не участвует в… этих событиях. Гвардейцы столкнулись с обычными бандами, это не организованное сопротивление.
— Тогда почему гвардия не может сломить эти неорганизованные банды?! — Жози отхлебнула пол-бокала разом. — Это же армия, Тьма побери!
— Да, мы столкнулись с некоторыми сложностями, но уверяю вас… — Вильгельм не закончил фразу, потому что за дверью послышалась громкая ругань, выстрелы и электрический треск, за которыми последовал страшный вопль. В кабинете запахло грозой.
Жози затряслась, допила вино и потребовала:
— Оружие!.. Дайте мне оружие, Вильгельм!.. Королеве не пристало умирать с пустыми руками, только не так!
В следующую секунду дверь распахнулась и в кабинет ворвалось громогласное: «Да как вы смеете?!» сопровождаемое рассерженным Кассианом и взъерошенным Тальфом.
Вильгельм опустил пистолет:
— Это вы…
— А вы ждёте ещё кого-то?! — продолжал бесноваться ректор.
— Почему нас не впускали? — закричал Тальф, которого трясло ничуть не меньше, чем королеву. — Почему в нас стреляли? Почему ваши люди устроили в Яме Темнейший знает что?! Гвардейцы ведут себя как шайка разбойников! Что вы делаете?!