— Вот как?.. Хм, значит ты собираешься сделать что-то не просто противозаконное, но ещё и неправильное?
— Ага, — никогда в жизни Тальфу не приходилось настолько преуменьшать масштаб бедствия. — Неправильное, — «Верней, отвратительное, чудовищное и неслыханное».
— Тогда мы могли бы позвать Вильгельма, — усмехнулась королева. — Он бы согласился исключительно из-за того, что это разозлит колдунов.
— Вильгельму тем более не стоит знать о том, что сегодня произойдёт, — максимально серьёзно ответил некромант.
— Это ещё почему?
— Скажем так, не хочу подавать дурной пример. Идём, тут недалеко.
— Погоди. Есть ещё один вопрос.
Тальф молча протянул королеве кулон — серый пористый камешек, висящий на кожаном шнурке.
— Это ещё что такое?
— Ответ на твой вопрос, — усмехнулся колдун. — Чтобы ты чувствовала себя в безопасности, я прихватил из дома эту штуку.
Жози оглядела с сомнением сперва камешек, а затем Тальфа.
— И как он работает?
— Ты надеваешь его, представляешь какое-нибудь безопасное место и напрочь забываешь о существовании амулета. В случае, если тебе кто-то навредит, камешек примет удар, а тебя выкинет в то самое безопасное место.
— О, — взгляд Жози стал куда уважительнее. — А почему ты раньше мне его не дал?
— Потому что магистр Хейлер при жизни не позволял лазить у него в сундуке.
— А у тебя…
— Нет, — Тальф снова ответил до того, как вопрос был задан. — Ещё одной такой штуки у меня нет и сделать её я не смогу, поэтому постарайся не подставляться.
Как ни парадоксально, но далеко не все некроманты жаждали вечной жизни. Причины были самые разные — у кого-то религиозные, у кого-то философские, но по большей части это была обычная усталость от жизни. Некоторые колдуны к старости приобретали гору жизненного опыта — и с этой горы было хорошо видно, что жизнь бывает приятна лишь иногда, зато хлопот и неприятностей в ней всегда навалом. Поэтому каждый решал сам, стоит ли игра свеч.
Таких колдунов хоронили в специальном склепе, которому долго пытались придумать звучное название вроде «Запретного склепа» или «Склепа ушедших навеки», но сошлись на том, что «Склеп» с большой буквы вполне подходит и звучит достаточно солидно.
Он располагался на окраине города, на берегу быстрой ледяной речки, стекавшей с Рогатой Горы. Пещеру в крутом склоне холма облагородили и вымостили к ней дорогу, а возле входа, почти у воды, воткнули пару чёрных обелисков, арку побольше и несколько статуй пострашнее.
Местечко тем не менее было живописное — лунный свет нырял в стремительный поток ледяной воды и разбивался на яркие осколки. Едва заметно на фоне ночного неба поблескивали ледяные шапки на горных пиках, а на другом берегу шелестел лес, откуда доносилось уханье совы. Дышалось необыкновенно легко: пахло хвоей, смолой и мокрой землёй.
Жози, одетая в глухой серый балахон с очень глубоким капюшоном, постоянно задирала голову, чтобы посмотреть хоть куда-то, кроме пятачка земли прямо у неё под ногами.
— Пришли, — арка, жуткие статуи и обелиски остались позади. Тальф покосился на Жози и отметил, что, хотя они уже давно покинули погреб, ядрёный винный дух никуда не делся.
— Хм, — королева отбросила надоевший капюшон. — И как ты собираешься…
Вместо ответа Тальф поднялся по ступеням, потянулся к рыжему кольцу на железной двери и потянул на себя. Заскрипели, пережёвывая ржавчину, дверные петли и створка открылась.
— Оу, — Жози была удивлена. — И всё? Ни замков, ни засовов?..
— Ни единого, — Тальф отступил от двери на пару шагов и полез в мешок.
— Но почему? Разве тут не должно быть…
По ушам полоснул инфернальный вопль. Из тьмы склепа, источая гной, скаля кривые зубы и загребая воздух многочисленными конечностями выкатился сгусток черноты размером с корову.
Тальф ловким движением метнул в него что-то похожее на серебристую каплю. Вспышка, облачко блестящей пыли — и чудовище замерло, а затем пошатнулось и свалилось колдуну под ноги, издавая звуки, удивительно похожие на человеческий храп.
Веко неподвижной Жози пару раз дёрнулось.
— Должно. Но теперь нет. Пошли.
— … - очень выразительно промолчала королева. — …ты мог хотя бы предупредить?
— Да всё нормально, мы были вне опасности, — как можно беспечнее ответил Тальф и продолжил мысленно: «Вот если бы мы пришли без Слезы Святого, то нас эта тварь проглотила бы целиком, и ещё несколько столетий мы бы страдали, перевариваясь в её желудке, который находится в другом измерении».
— Ну, если ты так говоришь… — девушка поднялась ко входу, обойдя спящее чудище на почтительном расстоянии. — Лихо ты его.