Клара решила так и поступить. Она немного усилила процесс минета, погрузила его поглубже, затем вытащила и обсосала головку, а потом вновь заглотила и облизала мошонку, стремясь обеспечить устойчивую эрекцию. Ожидать помощи от него для осуществления попадания и проникновения пениса внутрь не приходилось, и это было весьма сложно и для нее, учитывая её связанные за спиной руки и колеблющийся член. Поэтому – требуется высокая твердость и устойчивость, чего она и хотела добиться своими, если можно так сказать, ласками половых органов самца.
Ощутив требуемую твёрдость, Клара предприняла усилие, чтобы встать на колени над тазом мужчины. Она, как охотник, прицелилась, плюнула на головку и, не с первого раза, но все удалось. Его твёрдый, возбужденный член вошёл в неё. Такой твёрдый, такой огромный, Клара невольно застонала. У неё никогда не было в её кисе такого размера предмета, она считала это отвратительным, но сейчас вся намокала, все больше с каждым движением. Её половые губы плотно обвили древко его пениса, обволакивали, нежно скользили вниз, пока клитор не прикоснется к лобку самца, потом непроизвольно вверх, оставляя вздувшиеся яйца вспоминать о ее упругих ягодицах. Клара даже закрыла глаза на момент. Нет. Нельзя! Нельзя входить во вкус. Нужно минимально стимулировать его для поддержания эрекции, но не более. Нужно прислушаться к ощущениям и ловить возможный его оргазм. Но от таких размеров и осознания беспомощности самца, ощущения Клары были затуманены. Она действительно хотела. Её все принципы продались за всего минуту, ей хотелось наверстать упущенное удовольствие, ей хотелось чувствовать в себе массивный орган, ей это хотелось. Нет. В руки! Ошейник никто не снимал. Разменивать жизнь на сиюминутное удовольствие — это слишком расточительно.
На таймере уже отобразилось 55 минут минус. Ещё один час и все будет кончено. Но, какого черта? Опять стон из-под маски, пульсации члена, которые она пропустила, подчинившись своим желаниям. Только не это! Мужчина сейчас кончит, она не успеет его затормозить. - Постой! Нет! - Закричала она. И она точно не успеет слезть. Дура! Вот уже сперма ручьём вытекает из её отверстия, не найдя там больше свободного места для эякулята. Дура! Теперь все начинать с начала. Она не спешила слезать с мужчины, может быть, совершая лёгкие движения, получится задержать и возобновить эрекцию?
Её шея начала постепенно сжиматься, но медленно, а значит у нее пока получалось поддерживать эрекцию. Мужчина явно ощущал усталость — два раза было для него слишком много. Кларе требовался подход, который позволил бы ему продержаться, не давая расслабиться или достичь кульминации еще как минимум час. В ней пробудилась хищная натура, о существовании которой она и не подозревала: азарт борьбы, возможно, вызванный недавним возбуждением или жаждой одержать победу в этой игре. Но времени на раздумья оставалось немного: давление на шею становилось все сильнее, и простое нахождение на уставшем и уже вялом члене не приносило желаемого эффекта.
Клара, словно истинная профессионалка, жрица любви с немалым опытом, жадно обхватила его прибор. Мужчина издал стон, но это был звук не расслабления или удовольствия — скорее, это был стон утомленного человека, не желающего продолжать. Черт возьми, он ведь не знает условий, не слышит и не видит её слез, скрытых за маской. Да и ему было бы все равно. Нет, Клара. Сейчас его член в твоем рту, а не наоборот. Он в твоей власти, и ты справишься — осталось всего тридцать минут. Клара уже не боялась, что Карл кончит от её оральных ласк. Главное — периодически активными движениями языка, губ и горла вызывать подъем и наполненность этого спасительного, в данной ситуации, органа.
25 минут. Раздался короткий звуковой сигнал, Клара даже дернулась от неожиданности, но не прекратила процедуры накачивания фаллоса мужчины. Раздался щелчок сзади Клара, её наручники освободили руки, обручи, прижимавшие чехлы на кистях ослабли. Что происходит? Подумала девушка, разве уже все закончилось? Нет, по сдавливающим пульсациям ошейника, она сразу поняла, что играть нужно до конца, просто организатор выкинул опцию с руками для разнообразия. Клара оторвалась ненадолго от своего занятия, села на колени и освобожденными руками попыталась ослабить ошейник - никакого толка, стараться бессмысленно, как говорил голос вначале. Она решила осмотреть ремни, с помощью которых мужчина был связан. Все было крепко зафиксировано, но... неужели с его шлема-маски исчезла часть, закрывающая лицо, так же, как и её оковы? Теперь она могла видеть его лицо. Он по-прежнему ничего не слышал, но его глаза смотрели на неё. Это был мужчина около сорока пяти лет, и почему-то он казался ей знакомым... Нет, он действительно был знаком. Она узнала его. Это был тот самый ублюдок, который в парке университета, когда она была одна и напугана, пытался изнасиловать её своим вялым, грязным членом. Тот самый мерзавец, который залил её своим отвратительным семенем. Это он! И он был здесь, привязан и скован. И улыбался. Он смотрел на Клару и улыбался, создавалось впечатление, что он испытывает удовлетворение от того, что все эти полтора часа с ним обращались как с элитной секс-игрушкой, что он всё это видел. Сукин сын. Тогда у него ничего не вышло? А я с тех пор начала испытывать отвращение к любой форме интимной близости. Решил изнасиловать меня так, чтобы я сама на тебе скакала? Облизывала твои раздутые яйца? Урод! Это чья-то ужасная издевка, чья-то глупая шутка! Чтобы именно с этим насильником я вновь ощутила что-то от полового...