Никита несколько секунд сидел молча. Впервые отец был с ним такой жесткий и непреклонный. Это сбивало с толку, но не настолько, чтобы отказаться от решения подарить своей девушке свободу. Да что отец знал, если позволял себе говорить о ней плохо?
— У Кости можешь не просить, я предупредил его, — Виктор решил полностью перекрыть сыну кислород и конкретно дал понять, что выбор его не одобрен.
Только кого он защищал: сына, для которого подыскивал девушку с безупречной репутацией, или себя — ведь Терехова Алина была прямым напоминанием о скелетах в собственном шкафу?
— Я все равно найду деньги, — не глядя на отца, Никита решительно поднялся с кресла.
— Не будь глупцом! Она тебя бросит, как только получит желаемое!
— Не говори о человеке плохо, если ничего о нем не знаешь. Разочаровываешь. — Разозленный глупыми доводами отца, Никита пулей вылетел из кабинета.
— Ох, ошибаешься, сынок, я знаю куда больше тебя… — Когда за парнем захлопнулась дверь, он тяжело выдохнул от досады на самого себя.
Малиновский Виктор прекрасно знал, что за все ошибки рано или поздно приходится платить, но представить себе не мог, что жизнь сыграет с ним злую шутку.
Мужчина думал, что свою вину он искупил, когда несколько лет подряд тайком посылал деньги семье Тереховых. Семье, в которой двое маленьких детей остались без матери, а их отец так и не смирился с пропажей жены — утопил горе в стакане.
Но никто не пропадает бесследно: мать Тереховых сбили машиной, и за считанные минуты мастерски стерли доказательства почти идеального преступления. Почти, потому что Виктор вывернулся наизнанку, но докопался до правды.
Мысленно готовясь к повышению, с готовым рапортом он пришел к начальнику, но вместо ожидаемого пряника его хлестнули кнутом реальности.
«Витя, был приказ закрыть это дело. Сделай вид, что ничего не знаешь, так будет лучше» — бесстыдно похлопав трудолюбивого подчиненного по плечу, капитан забрал рапорт и спрятал его в сейф. Предавать делу огласки никто не собирался — преступником оказалась дочка бывшего премьер министра страны.
Скрипя зубами, Виктор покинул кабинет, но чувство справедливости его не покидало. Ровно до того момента, пока в конце одного из рабочих дней ему не позвонила жена, сквозь слезы сообщая, что их младшего сына нигде нет, и связаться с ним она не может.
О какой справедливости могла идти речь, когда на кону стояла жизнь его сына? Так его хотели сломать. И сломали.
Выбор для него был однозначным, тем более, пропавшую без вести женщину уже не воскресить: тело погибшей было выброшено в болото далеко за пределами города, там, где никто ее искать не собирался. Все плавно забылось, пошло своим чередом.
Только почему из миллиона девушек его сын выбрал именно ее: дочку погибшей женщины, правда о смерти которой так и осталась камнем висеть на совести Виктора?
Не без помощи связей, мужчина получил компромат на владельца борделя и, не медля больше ни минуты, открыл лежащую перед ним папку, чтобы набрать нужный номер. До прихода Никиты он сомневался в принятом решении, но сейчас понял, что точку в этой истории он поставит великодушным подарком Тереховой Алине. Виктор никогда не позволит сыну связаться с этой девушкой, да и с совестью сведет счеты раз и навсегда. И когда монотонные гудки сменились деловитым: «слушаю», он предложил Олегу Несторову сделку, от которой тот не смог бы отказаться.
***
Никита не ожидал подобного поворота, но сдаваться, а тем более прислушиваться к мнению отца не намеревался. Подгоняемый бурлящей в нем злостью вперемешку с настигшим разочарованием, он, громко хлопая дверью родительского дома, уже знал, где точно раздобудет денег. И почему только сразу об этом не подумал?
В ресторане друга было людно, а сам хозяин заведения обедал с милой девушкой за одним из дальних столиков.
— Привет, Серж, — Никиту не смущало, что, возможно, он не вовремя. — Есть важный разговор. Я подожду тебя на парковке.
— Эм, привет, — дожевав и проглотив кусок стейка, Сергей непонимающе уставился на него. — Хорошо, дай мне пару минут.
Никита успел выкурить одну сигарету и собраться с мыслями, прежде чем рядом чиркнули зажигалкой.
— Что за срочность, Ник? — выпустив клуб дыма, Сергей поинтересовался причиной внезапного появления друга.