— Это брелок, — сказала я, не скрывая улыбки от его реакции. — Я подумала, что такой брелок не будет выглядеть странно, но если ты не хочешь…
— Хочу, — твердо сказал он, ловя мой взгляд. — Это… Аид меня забери, а когда у тебя день рождения?
Сколько он потерял из того безумного разговора в туннеле, когда мы заглушали враждебные чары?
— В апреле, — сказала я. — Не переживай.
Он издал недовольный звук.
— Теперь запомню, — он умелым жестом выудил ключи, снял кожаный брелок с гербом Академии. — Давно пора от этого избавиться, — сказал он бодрее. — Я должен что-то знать об этом драконе? Особые чары, хитрости?
Я покачала головой.
— Просто брелок.
Сияние его зеленых глаз не померкло.
— Ничего не «просто».
Вряд ли он говорил только о подарке. Меня охватило странное смущение. Я думала, что сказать или сделать, а он прицепил брелок к ключам и убрал их. Я взяла его за руку и повела к стойке магазина. Можно было и посидеть во время разговора.
Поверхность стойки была пыльной, как и все в комнате, но я последнее время я справлялась не только с грязью. Это были пустяки.
Я запрыгнула на край, и Финн присоединился ко мне, прижался плечом к моему. Мы все еще держались за руки. Он постучал свободными пальцами о край стойки, и мое сердце дрогнуло от мысли, что он мог потерять не всю магию.
— Если кто-то помешал им забрать все твои воспоминания, может, и немного выжигания удалось отразить? — я должна была узнать.
Финн стиснул зубы.
— Я выжжен, — сказал он. — Все пропало. Просто… — он вытянул перед собой руку и сжал кулак в воздухе. — Пустота. Онемение. Как простак, — он издал хриплый смешок. Боль потери собралась в уголках его глаз.
Мой предыдущий гнев превратился в решимость. Я собиралась раскрыть дела Конфеда. И если был способ вернуть магию Финну, я его найду.
— Можно…? — тихо сказал я, касаясь его головы возле мягких золотистых волос.
Он пожал плечами, вскинув бровь.
— Ты сильный маг, но даже ты не сможешь убрать выжигание. Но попробовать можно.
— Посмотрим, — пробормотала я. Я спела несколько слов из поп-песни, которую любила в детстве, сосредоточилась на вихре энергии вокруг головы Финна.
Место, где находилась точка связи с магией, было не просто разорвано. Я ничего оттуда не ощущала — пустое место. Я сглотнула. «Выжжен» было точным описанием этого. Эту часть его можно было исцелить?
Я направляла к нему магию, но она не могла уцепиться за то место. Я не ждала, что решу проблему сейчас, но поражение грызло меня.
— Все хорошо, — сказал Финн. — Я ищу другие способы быть полезным. Это не сложно, ведь я и с чарами не был особо полезным.
Меня, как и раньше, беспокоило то, как он унижал себя, но я решила сосредоточиться на позитиве.
— Расскажи мне больше о группе, которую ты нашел, и их протесте, — он мог говорить обо всем, что было после экзамена, без вмешательства чар молчания.
Улыбка Финна сказал мне больше слов, как радовался он новой цели. Даже я взбодрилась при виде этого, ощутила укол зависти.
Эмоция была глупой. Но я невольно думала, какими сильными мы были вместе, и я хотела работать с Финном, а не на другой стороне мира.
— Группа встречалась несколько лет, — сказал он. — Они постепенно стремятся к активному сопротивлению. Это их главный ход. Все там думают, что Приглушение и Выжигание, как и экзамен — все это несправедливо, и это нужно остановить. Важно озвучить послание, сообщить людям о проблемах, не выглядя как проблема при этом.
— Что за главный ход? — спросила я, зависть пропала от трепета страха. Он хотел попасться на глаза Конфеду? Его семья не смогла помешать его выжиганию, и я не знала, насколько они смогут защитить его.
— Простой протест, без жестокости. Будем мешать пройти в колледж в день экзамена на профессию, сколько сможем. Вряд ли это сразу изменит систему, но это начало.
Я сжала его ладонь.
— Просто будь осторожнее, хорошо? Я… мне кажется, лидеры Конфеда сейчас особенно разозлены.
Уголок губ Финна приподнялся.
— Нам нужно привлечь их внимание и надавить, — он ткнулся плечом в мое плечо от моей гримасы. — Знаю. Поверь, я уже старался быть осторожным. Думаешь, я рассказал семье, чем занимаюсь?
— Люди в этой группе знают, из какой ты семьи? — сказала я.