— Мне двадцать один вообще-то, — ворчу и отворачиваюсь, рассматривая летающих по площади голубей.
— Еще хуже! — девушка фыркает. — Лучше пускай кто-то испортит тебя за деньги, чем какой-то урод, с которым ты потом расстанешься.
Ну, вот кто меня за язык тянул? Хотела поделиться с подругой новостями, выговориться, а она меня уму разуму решила научить!
— Предлагаешь разыскать Мурада и предложить ему секс за круглую сумму денег? — я приподнимаю бровь. — Заманчивая идея, Ульяш. Зачем мне тогда журналистика? Пойду сразу на арбат!
Подруга смеется, привлекая внимание прохожих.
— Да ладно, не обижайся, — она закидывает мне руку на плечо. — Будет здорово, если у тебя все наладится с работой, тогда не придется торговать девственностью.
Толкаю девушку локтем в бок и тоже смеюсь.
— Ну, перестань! Уже не смешно! Что ты потом мне предложишь продать? Почку?
Уля задумчиво чешет подбородок и смотрит на меня.
— Говорят, на черном рынке ценится человеческий жир, но ты такая тощая, что ничего не прокатит!..
Пока наши пути не разошлись в разные стороны, мы шли и обсуждали все, что пропустили за эти дни, в том числе и предстоящую дипломную работу, тему которой стоило бы уже выбрать, а не откладывать в долгий ящик.
Вернувшись домой чуть раньше обычного, раздеваюсь и только-только собираюсь нырнуть в свою комнату, чтобы подготовиться к вечеру, как во входную дверь звонят.
Гадая, кто же это может быть, открываю ее и замираю, рассматривая молодого рыжеволосого курьера, в руках которого были те самые пакеты из женского магазина и букет белых роз.
— Это вы Полина? — спрашивает парень.
— Д-да, это я, — неуверенно бормочу ошарашенная таким визитом и гадая, как Мурад узнал мой адрес.
— Это все вам! — курьер отдает мне в одну руку розы, а в другую пакеты с одеждой. — Всего хорошего! — и, не дожидаясь какого либо ответа от меня, уходит.
Похлопав глазами, провожаю парня взглядом, кое-как запираю дверь и оборачиваюсь, встречаясь взглядом с тираннозавром и ее детенышем.
— Кто тебе такие букеты дарит? — плюется ядом Анжела. — Ни кожи, ни рожи, а кто-то клюнул!
— Ну, на тебя же с довеском отец клюнул, — не остаюсь в долгу и ухожу к себе, игнорируя вытянутое лицо мачехи.
Достав со шкафа старую пыльную вазу, иду набираю в нее воду, а потом возвращаюсь и ставлю в нее букет, замечая среди бутонов аккуратно сложенную записку.
«Прекрасная, скромная, неповторимая. Я не смог так просто отпустить тебя, поэтому пошел на отчаянный шаг. Я сумел узнать твой адрес, но не раздобыл номер телефона. Хочу поужинать с тобой», — было написано в ней, ровным почерком, а снизу прикреплена визитка мужчины.
Мурад Шахи́н, значит.
Кладу записку в рюкзак, и начинаю разбирать пакеты, с замиранием сердца разыскивая ценники, но их не было. Видимо отрезал, чтобы я не хваталась за сердце.
Вздохнув, достаю то самое короткое черное платье с длинными рукавами и, приложив к себе, смотрюсь в зеркало.
Пожалуй, выглядит оно круто, к нему отлично подойдут балетки, черные капроновые колготки и кожаная куртка. Волосы, думаю, можно завязать в хвост, чтобы открыть шею.
Бросаю платье на кровать и падаю рядом с ним, не переставая улыбаться.
Для меня оставалось загадкой, каким образом Мурад узнал мой адрес, но вот то, что я, кажется, ему понравилась и он намерен сблизиться со мной, заставляло мои щеки пылать, а сердце подрагивать.
Но хотела ли этого я?
Возможно, стоит попробовать, но не сейчас. Именно сегодня у меня ответственный вечер, так что не следует думать ни о чем постороннем.
Глава 7
С нарядом я все-таки не прогадала, потому что стоящие на входе амбалы-охранники едва не свернули себе шеи, провожая меня взглядом.
Захожу в еще пустой зал и охаю, поражаясь царившей атмосфере, готовой принимать посетителей.
Вижу, как слеза на небольшой сцене, не замечая меня, в аппаратуре ковыряется, судя по всему, ди-джей. С ним я еще не знакома, но решаю не отвлекать его от важных дел перед открытием. Потом поздороваюсь. Хотя я думала, прежде чем приступать к работе, Дмитрий представит меня коллективу.
Подхожу к барной стойке и широко улыбаюсь Лёне.
— Привет! Я пришла!
Парень отрывается от разглядывания бутылок со спиртным и хмурится. Вид у него далеко не дружелюбный.
— Ага, — бросает и поворачивается ко мне спиной.
Я удивленно вскидываю брови, не понимая, когда и чем успела обидеть парня с дредами. Какая муха его укусила?