Тяжело вздохнув, на мгновение прикрываю глаза.
— Быстро за мной! — шиплю я, прекрасно понимая, что решаю поступить не правильно. — Еще раз вас тут увижу — пеняйте на себя!..
В итоге вывожу двух пигалиц в холл сквозь толпу извивающихся тел, зову одного из охранников, от души ору на него, перекрикивая музыку и заставляю отвезти девушек домой в целости и сохранности, иначе боссу станет известно о их оплошности.
Игнат, здоровый мужик средних лет, недовольно кивает, но послушно идет на улицу, ведя за собой малолетних тусовщиц.
А меня в этот момент грызет изнутри червячок сомнения и душит страх, ведь если со второй девушкой случится что-то серьезное, то на меня натравят полицию за то, что я сработала в данной ситуации далеко не профессионально и посадят в тюрьму на долгие-долгие годы.
Вздохнув, возвращаюсь в клуб, убеждая себя в том, что все с ними будет нормально и ничего страшного не произойдет.
Встав у стойки, я бросаю мимолетный взгляд на часы, а потом на толпу, пытаясь отыскать Диму. Его нигде нет.
— Пытаешься впечатлить Жукова? — орет над ухом Леня, вынуждая обернуться к нему. — Ты же понимаешь, что это дохлый номер?
Приподнимаю бровь, не понимая, что он такое несет.
— Завязывай пить на работе, а то доложу боссу, — бросаю я, сморщив нос. — А то тебе мерещится уже всякое.
Парень с дредами недовольно поджимает губы.
— Держись от него подальше, — бросает он едва слышно, но я читаю эти слова по его губам.
Да что с ним? С чего он вообще взял, что я претендую на Дмитрия?
Догадка приходит как-то спонтанно, и я ехидно улыбаюсь, опираясь локтем о стойку.
— Ревнуешь? Ты что, из этих что ли?.. — делаю многозначительную паузу и смеюсь, наблюдая за тем, как глаза бармена наливаются злобой. — Да ну, чего ты! Твоя тайна умрет вместе со мной! — я жестами показываю, что мой рот на замке и поднимаю руки, мол, мир, дружба, жвачка и никакого соперничества, хотя факт того, что в клубе водится такая экзотика, не давал мне теперь покоя. А Дима вообще в курсе, что его бармен голубых кровей?..
Воображение так некстати стало рисовать всякие непристойности, и я морщусь, пытаясь переключиться на что-то более приятное. Боже, лучше бы я об этом не знала.
Дима к закрытию так и не приехал, поэтому выйдя из клуба, я не спеша двигаюсь в сторону центрального парка, решив немного размять ноги и проветрить голову, потому что от громкой музыки пульсирует в висках, а уже потом вызвать такси и поехать домой к боссу.
Я как раз рылась в сумочке в поисках телефона, когда сбоку промелькнула большая тень, и некто ударил меня кулаком в живот, отчего я глухо вскрикиваю и валюсь на асфальт.
Кто бы это не был, но они все делали молча: на меня обрушились болезненные удары ногами еще нескольких подошедших парней и мне ничего не оставалось, кроме как сгруппироваться и попытаться прикрыть хотя бы что-то. Эти подонки особо не парились куда бить: по голове, спине, ногам, рукам. И так сильно, так яростно, будто вымещали на мне всю свою злобу.
Сложно сказать, сколько это продолжалось, но когда они перестали меня бить, перед носом высыпалось содержимое моей сумки и мужские руки стали рыскать по ценным вещам. Эти уроды сразу забрал себе банковские карты, а телефон повертели в руках, наверное, попытались разблокировать, но не получив результата, с силой бросили его рядом со мной, отчего сотовый разлетелся на осколки.
— Уходим, — тихо сказал кто-то, и я услышала звук поспешно удаляющийся шагов, которые вскоре и вовсе смолкли.
Я осталась совершенно одна.
Пытаюсь приподняться, но стоит пошевелиться, как тело пронзает дикая боль, и я вскрикиваю, возвращаясь в положение эмбриона. Даже сквозь тупую боль в голове понимаю, что лежать лицом в асфальте нельзя, нужно что-то делать, но не знаю что. На улице глубокая ночь, вокруг ни души, телефон разбит, а попытка глубоко вздохнуть и крикнуть что-то вроде «помогите» заканчивается острой болью в области груди и тихим стоном вперемешку со слезами.
Лежу на дороге подобно побитой бездомной собаке. Никому не нужная и несчастная и именно в тот момент, как я думаю об этом, где-то вдалеке слышится лай и звук чьих-то быстрых шагов. Почему-то думаю, что это возвращаются те подонки, чтобы меня добить.
— Помогите… — снова пытаюсь позвать кого-нибудь, но из горла вырвался лишь жалкий шепот. Голова кружится, в глазах все плывет. Силы меня покидают. — Кто-нибудь… пожалуйста…
Глава 12
POV. Дмитрий
— Да ответь же ты! — сердито ворчу, в который раз услышав, что абонент временно не доступен. — Мать твою!..