И только Деймон, стоявший в стороне и с откровенной насмешкой наблюдавший за действиями невесты, определённо знал, в чем крылась причина взбудораженного поведения женщины.
- Триш, не думай, что можешь что-то планировать и на сегодняшний день, - радостно изрекла Елена.
И сердце ведьмы, которое было в шаге от того, чтобы навсегда замереть, отправив свою носительницу на тот свет, начало биться в ускоренном темпе от облегчения.
- Мы идём на пляж – и это не обсуждается.
Джотто за спиной женщины с облегчением выдохнул, положив руку на сердце. Остальные тоже расслабились, почувствовав, что опасность миновала.
- Е-Елена, я очень рада, но у меня работа и…
- Никакой работы! – категорично отрезала дочь принца.
Спейд, по-прежнему стоявший особняком, ухмыльнулся и прикрыл рот. Кажется, ему было очень весело.
- Но вернуться в ателье мне всё равно нужно – комната-то моя там.
- Больше нет.
Все снова затихли и замерли.
Триш показалось, что кто-то подавился. Хотя, наверное, нет – Лампо судорожно пытался откашляться (он стащил у Терри чашку с чаем).
- … Что? – будучи сбитой с толку, тоненьким голоском переспросила девушка.
- Я уже побеседовала с мадам Аделиной, - гордо расправив плечи и поставив руки на бока, сказала Елена.
В смехе Деймона Спейда слышался целый поток искреннего злорадства. Примерно столько же, сколько его было и в усмешке Джи.
- Кто-нибудь, держите её. Кажется, Триш сейчас не в лучшем состоянии, - обеспокоенно посоветовал Асари (ну, хоть кто-то волновался за неё).
Побелевшая от шока и ужаса, Терри и впрямь едва держалась на ногах.
Она уже была готова с пеной у рта падать на пол и биться в истерическом припадке.
- Ты шутишь? Да она вот-вот свалится! – панически воскликнул Накл.
Джотто вскочил с места и, переместив Елену к себе за спину, осторожно произнёс:
- Спокойствие, Триш. Только спокойствие. Мы всё уладим, хорошо?
Девушка медленно закивала, по-прежнему округлившимися глазами глядя прямо перед собой.
“Прощай, мой рай. Прощай, крыша. Я слышу, как шуршит твой шифер”.
Комментарий к Часть девятнадцатая. Без Определённого Места Жительства.
1) Очень важная просьба! Давно хотел это сделать:
Не нужно постоянно исправлять мне Накла на Кнакла в публичной бете, пожалуйста! Я читаю его имя согласно правилам английского языка, и в анлейте его имя пишется, как Knuckle! Это то же самое, что Knight читается, как “Найт”, а Knock-knock - “Нок-нок”!
Кто считает иначе - пожалуйста, не навязывайте мне свою точку зрения! Я вас, ну очень прошу. Вы заваливаете меня сообщениями об ошибках - я скоро дышать не смогу! (Гляньте, сколько восклицательных знаков ставлю)
2) А теперь к другим новостям - автор скоро уезжает в отпуск, так что до 11-12 числа глав не будет. Комментируйте, критикуйте - по приезду всем отвечу и, как бонус, старику будет очень приятно:)
А то знаю я вас - “О, автор укатил в отпуск! Можно ничего не писать!” - не красавчики будете.
И ещё - у меня появился Вк, так что ко мне можно обращаться туда.
https://vk.com/gary.cooper
Социализируется старый хрыч,;)
P.S: Не обращайте внимание на имя - оно должно скоро смениться, если админы-говнюки разрешат. Ну, а если нет, то хрен с ним: я был молод и глуп:D
========== Часть двадцатая. Жертва обстоятельств… снова. ==========
I.
Это была пятая… нет, кажется, шестая чашка травяного чая. Триш пила залпом по полчашки, при этом не испытывая ни насыщения, ни успокоения, ни даже малейшего чувства неудобства от того, что на неё, едва не потерявшую способность к здравомыслию буквально четверть часа назад, рассматривали около десятка пар любопытных глаз.
Окружение не двигалось и продолжало подозрительно молчать: то ли от напряжения, то ли от чувства опасности, которое в данный момент ощутимыми на уровне животных инстинктов волнами исходило от более-менее успокоившейся девушки.
Почему никто не смел двигаться с места?
Об остатках невроза очень красноречиво повествовал частый стук каблука ботинка ведьмы об пол и ногти левой руки, что выстукивали дробь по поверхности стола.
Терри была возмущена и обижена одновременно – она догадывалась о том, что факторов, останавливающих Елену от совершения задуманных ею поступков, существовало крайне мало, однако не думала, что характер женщины позволит совершить ей нечто настолько… хотя…
Кого она обманывала?
Елена была как раз тем человеком, от которого стоило ожидать подобных выходок.
Сама зачинщица паники, сидела на удивление тихо и тоже пила чай, но, в отличие от Триш, у которой одним лишь чудом не начался нервный тик лица, Елена сохраняла тотальную безмятежность, олицетворяя собой спокойствие гробницы фараона.
Напряжённая атмосфера, ощущавшаяся почти физически и усугублявшаяся угрюмой, крайне неприветливой миной Алауди, заглянувшего на огонёк, прервалась вместе со звонким стуком фарфорового донышка чашки об блюдечко. Почти все синхронно вздрогнули.
- Елена, - ведьма обратилась к женщине крайне доброжелательно, почти любовно. – Я ничего не хочу сказать, но будь добра в следующий раз заранее уведомлять обо всех переменах в моей жизни именно меня. Не Деймона, не Джотто и не мадам Адель. Меня. И только меня.
- Но разве это будет таким же забавным? – игриво приподняв брови и взглянув на девушку, в ответ поинтересовалась та, вынудив Триш обречённо опустить голову и измученно выдохнуть. – Делать и потом говорить – вот что на самом деле весело.
Девушка повернула голову к Спейду: тот с косой усмешкой смотрел прямо на неё, не отводя взгляда.
Триш нисколько не удивилась этому и отреагировала совершенно спокойно – медленно закрыв глаза и покачав головой, демонстрируя свою досаду.
- Деймон, я найду для тебя самое лучшее вино, если ты скажешь, как уживаешься с Еленой и не теряешь самообладания, - сказала она.
- И упустить возможность наблюдать такие интересные сцены? Благодарю, но нет, – рассмеялся мужчина. – Но предложение было хорошее.
Саркастически улыбнувшись в ответ, Терри пригубила ещё чаю и, подумав, что своим наглядным раздражением ничего не добьётся, а нарвётся на спор (судя по выражению лица, настроение детектива лишь располагало к склокам), девушка положила ногу на ногу, внушив себе, что ничего плохого в этот день не случится. Может хоть немного, но это помогло не думать о грядущих неделях очевидного «неспокойствия».
- Итак, пройдёмся по всему тому, что Елена сообщила мне постфактум, ещё раз. Чтобы я, даже приблизительно, не видела своё платье, ты договорилась с мадам Адель, чтобы я работала и жила вне ателье до самого отъезда на приём, так? – женщина согласно кивнула и Триш продолжила. – После и только после этого я смогу вновь жить у себя? А до того момента я буду жить… здесь?
Взглянув на Джотто, чтобы проверить его реакцию на это предположение, Холмс не встретила никакого удивления или же сопротивления. Он словно бы и не услышал.
- Да, - тем временем невозмутимо подтвердила женщина.
- И, естественно, сам хозяин не в курсе, - уже не спрашивала, а утверждала девушка.
- Уже знает, - ослепительно улыбнулась Елена, даже не глядя в сторону Примо.
- И ты с этим согласен? – спросил Джи, в очередной раз осознав, что быть врагом этой женщины – всё равно, что подписать договор о собственных добровольных издевательствах и пытках.
Хотя в ответе, как таковом, Арчери не нуждался. По взгляду друга он уже давно научился понимать, какой ответ тот готов был дать.
- Комнат в доме предостаточно, - пожал плечами мужчина, руша все надежды Терри на отказ.
- Мне кажется, что я помешаю, - сделала последнюю, заведомо провальную, попытку отвертеться Холмс. – Устоявшийся быт и все дела. Мне, во всяком случае, было бы достаточно неудобно.
- Лампо живёт здесь месяцами, - с улыбкой заметил Асари. - При наличии собственного дома. Он ничуть не стесняет Джотто, так что я уверен: и тебе не о чём волноваться, Триш.