Напрасно. Ты всегда опережаешь их.
На малую долю тина, на считаные метры, но ты всё время впереди».
Это, находя в сумбуре боя момент для отрешённости, подумала Миреска, как овеществлённая до предела притча о бегуне, достигшем вершины Великого Колеса. Тому тоже приходилось мчаться со всех ног, только чтобы остаться на месте.
…Вираж!
Стремительным зигзагом — сквозь частую сеть смертоносных импульсов. Сквозь и мимо. Мир расплывается от скорости движения, глаза едва успевают схватить переменчивую картину; ну ещё бы, не так-то легко состязаться в быстроте с боевыми машинами! Если бы не третий глаз, глаз предвидения, это был бы не риск, а настоящее самоубийство. Даже с предвидением это игра на самой грани, неустойчивый баланс над огненной пропастью.
«Штурм», закреплённый за спиной в положение для стрельбы по курсу, злобно сплёвывает дробь сверхскоростных игл. Раскалившиеся в полёте от трения о газовую смесь, эту насмешку над настоящим воздухом, иглы вгрызаются в броню одного из вражеских роботов, в одну из конструктивно ослабленных секций (аксиома боя: нельзя быть одинаково сильным везде). Среагировав почти мгновенно, тот начинает манёвр… Ха! В наших играх «почти мгновенно» — синоним для «слишком поздно». Броня поддаётся… Она должна была поддаться… Она поддалась…
Взрыв!
Ожесточённые атаки уцелевших — как награда. Несколько арумов и подумать невозможно о контратаке: кажется, добрая треть роя роботов сосредоточила свой огонь именно на тебе. Впрочем, легче вам от этого не будет. Я не могу отстреливаться, но зато… Оп! Получилось! Один из раскалённых лучей, не достигших заданной цели (которая в очередной раз успела увернуться в самое последнее мгновение), вонзился в неудачно сманеврировавшего робота.
Дружеский огонь в чистом виде. А результат — ещё один взрыв.
Ха! Распишитесь, дети!
А сейчас попробуем достать особо крупную дичь: робота раза в полтора крупнее и втрое тяжелее остальных, регулярно донимающего все три четвёрки ракетными залпами. Достойная мишень. Тем более достойная, что сквозь эту броню «Штурм» за разумный срок точно не пробьётся… Хотя, если всадить три-четыре очереди в одну точку… Или попросить об огневой поддержке свою четвёрку… В последнее время мы что-то не особенно взаимодействуем друг с другом, перешли на одиночную тактику. Причина понятна: мгновенное предвидение прикрывает твою спину лучше любого напарника. Но отказ от взаимодействия — это всё равно нехорошо. Вот интересно: как Владеющие взаимодействуют друг с другом, управляя стайгерами одного звена? Ладно, это потом. Сперва сообрази, будешь звать на помощь против этой «башни» или справишься своими силами…
— Отход!
Сперва Миреске показалось, что она ослышалась. А спустя мгновение индикатор быстрых команд продублировал команду голосом. Жаль… Но приказ — это приказ, и ветеранские знаки Миреска носила недаром. Направление отхода уже высветилось на встроенном в броню планшете: Зилен позаботился. Поэтому вопросов с её стороны не последовало. По пути (сил не было сдержаться, да и подставился уж больно удачно) Миреска срезала из «Штурма» вражеский «скаут». Ещё несколько рывков на полном ускорении, сначала — чтобы сбить с толку огневые системы врага, затем — чтобы вообще потеряться из вида. В памяти сами собой ожила приснопамятная гонка с Сариной. Пролетев в плотном дыму ещё несколько километров и затаившись на склоне одного из многочисленных вулканов, Миреска прикрыла глаза, которые только сбивали её с толку, смешивая воедино физические и пси-ощущения.
Край обширного роя «рассерженных» роботов остался северо-восточнее. Зилен занимал позицию на скальном гребне метрах в ста от Мирески, Ласкис, как и положено, прикрывал капитана от атаки с тыла, а Посох, опять-таки как положено разведчику четвёрки, парил полукилометром выше. Четвёрки Тевира и Жага ещё только подтягивались — с ясно различимым для обострённого чутья Мирески нежеланием. Виирай хотели драки. Такой, как недавно. С настоящим, сильным и опасным, но в то же время неуклюжим противником. Жестокая, но притягательная забава: пускать кровь врагу, который в сравнении с тобой слеп и глух.