Два имени — Рейенг и Тефрисс — горели в его сознании, как аварийные огни.
— Вставайте. Вставайте, генерал!
Стиснув зубы и усилием воли отгоняя боль, Мич встала. Окинула взглядом позвавшую её Сарину… Невольно сжалась.
«Что с ней?»
Понимание пришло с опозданием, и Мич выругала себя за недогадливость. Цена, оборотная сторона — как это ни назови, а у пси это тоже есть. И хорошо ещё, если Сарине пришлось выдержать только крики раненых, умирающих, перепуганных до смерти виирай. Если же она ощущала агонию самой планеты… Говорят, некоторые Владеющие высокого ранга могут воспринимать природу как нечто единое, чувствующее, чуть ли не мыслящее…
«На что это может быть похоже?»
«Лучше не спрашивай».
Измождённое, смятое, враз постаревшее лицо Сарины и впрямь не располагало к расспросам. Сейчас никто не дал бы этой девушке её календарный возраст. Даже желая польстить, наблюдатель ошибся бы втрое. Физически Владеющая была в порядке, но что творилось у неё внутри…
— Вы можете что-либо предпринять? — отметая жалость, спросила Мич. — Как-то помочь? Исцелить тяжелораненых?
При этом в голосе генерала как-то сама собой прозвучала несокрушимая уверенность, что Сарина может и предпринять, и помочь, и исцелить. Что может сделать ещё что-то такое, о чём никто её не попросит, потому что не знает, на что она способна, но что Владеющая сделает по собственной инициативе и ко всеобщему благу. Не вполне сознавая это, Мич льстила самым сокрушительным образом.
И Сарина не отказала ей. Просто не смогла. Она ведь в самом деле была цела… во всяком случае, физически. Она лишь выдавила:
— Я… дайте мне немного времени. Мне надо… приготовиться.
Мич кивнула и двинулась к основному контрольному пульту.
«Плохо. Плохо. Плохо».
Это слово, словно какая-то отвратительная литания, повторялось в голове у Тимара без остановки. И на то были смертельно — в прямом смысле смертельно — серьёзные причины.
Во-первых, энергетика грузовика накрылась. Вся. Это автоматически вызывало сомнения в том, что всему виной — внезапное извержение вулкана или иной природный катаклизм. Выжечь силовые цепи мог только мощнейший энергетический импульс. Единственное, что ещё работало, — чисто химические источники электроэнергии и устройства, запитанные от них при помощи защищённых, а не стандартных сверхпроводящих цепей. Например, аварийная подсветка пульта. Или тот автомат, с помощью которого Тимар сделал себе инъекцию.
Во-вторых, вместе с энергетикой (и наверняка по той же самой причине) накрылась связь. Вызвать помощь можно было разве что посредством отмашек флажками и громких криков. Что само по себе было проблематично. Ибо — это уже в-третьих — выходы из грузовика, и основные, и запасные, очень основательно заклинило. Воспользоваться единственным относительно целым шлюзом оказалось невозможно: та сторона грузовика, в которой он находился, похоже, была притиснута к скале. Если бы у Тимара имелся хоть один действующий источник энергии, выход можно было бы просто вырезать, но чего нет, того нет.
В-четвёртых и в-последних, надежды не оправдались. Чуда не произошло. И капитан Рейенг, и Тефрисс, страшно изуродованные тела которых старший сержант нашёл в кузове, были давно и однозначно мертвы. Самого Тимара в первые, самые страшные мгновения прикрыло сформированное сиденьем водителя поле. У них такой защиты не было. Единственное, чем Тимар утешал себя: большую часть повреждений его товарищи получили уже после того, как умерли.
…Один. Совершенно беспомощный, лишённый связи, раненый. Причём в ближайшем будущем подстерегали две напасти, способа избежать которых, похоже, просто не существовало. Термоконтроль сдох, отчего Тимар уже начал понемногу поджариваться: как-никак, средняя температура на поверхности планеты колебалась в районе девяноста — ста сорока градусов. А сверх того, отказала система регенерации воздуха.
Когда-то, в давно минувшую эпоху второй технологической революции, виирай пользовались для нейтрализации углекислоты простыми химическими поглотителями; когда-то виирай пользовались и баллонами со сжатым кислородом… когда-то, но не теперь.
«Похоже, — с мрачным юмором подумал Тимар, — мне предстоит столкнуться с печальными плодами прогресса куда ближе, чем мне бы того хотелось. Если помощь не придёт в ближайшие три-четыре мири-цикла, спасатели найдут здесь три трупа вместо двух.
Что ж, подожду. Выбора-то никакого. Если не считать простой и мерзкой альтернативы: либо поджариться, либо задохнуться.